Когда «снижение вреда» становится инструментом монополии: IQOS и электронные сигареты — двойной стандарт регулирования

Краткое резюме: Оба продукта — и электронные сигареты, и IQOS — используют глицерин и пропиленгликоль для создания аэрозоля и доставляют никотин. Оба содержат ароматизаторы. Но электронные сигареты в России запрещают, а IQOS — нет. Причина не в научных данных о вреде. Причина в том, что запрет вейпов перераспределяет рынок в пользу одного производителя, чья продукция защищена патентами и чьи продажи легче обложить налогом.

1. Регуляторный парадокс: вейпы под запретом, IQOS — на полке

В сентябре 2026 года организация «Общественная потребительская инициатива» направила в правительство, Минфин и Минздрав предложение о полном запрете производства, импорта и розничной продажи электронных сигарет. Обоснование: заболеваемость раком среди подростков выросла на 25% за четыре года, а доля пользователей вейпов среди 15–17-летних достигла 27%. Совет Федерации и комитет Госдумы по охране здоровья поддержали инициативу, назвав действующие региональные ограничения «недостаточными».

Однако нагреваемые табачные изделия (HTPs) — к которым относится IQOS — в дискуссии о запрете не фигурируют вовсе. ВОЗ в своих документах прямо указывает: HTPs «являются табачными изделиями», их аэрозоль содержит никотин и токсичные химические вещества, и «нет доказательств того, что HTPs менее вредны, чем традиционные табачные изделия».

Возникает вопрос: если в основе регулирования лежит забота о здоровье, почему два продукта с сопоставимыми рисками получают противоположный правовой статус?

2. Официальные аргументы и реальная логика

В публичной дискуссии аргументы звучат исключительно в плоскости здоровья. Спикер Госдумы Вячеслав Володин, продвигая в июне 2026 года законопроект о региональных запретах, заявлял: «Наша задача — защитить здоровье людей, прежде всего детей». Он подчёркивал, что ароматизаторы и вкусовые добавки в вейпах «делают этот наркотик привлекательным для детей».

Но тот же Володин признал и другое: при продвижении законопроекта депутаты «столкнулись с давлением», в соцсетях развернулась «кампания против законопроекта». Он описал это как «травлю депутатов, занявших твёрдую позицию».

Откуда это давление? Володин не называет источник, но его формулировка указывает на расстановку сил: с одной стороны — «здоровье детей», с другой — «сверхдоходы тех, кто торгует этим зельем». Однако если смотреть только на «сверхдоходы», и продавцы вейпов, и продавцы IQOS зарабатывают одинаково. Разница в другом: кто потеряет рынок при запрете, а кто — нет.

3. Структурная разница рынков

Рынок электронных сигарет и рынок IQOS различаются по своей архитектуре. Оба поддаются контролю, но контроль над ними устроен по-разному и стоит по-разному.

Электронные сигареты — фрагментированный рынок. Тысячи производителей и брендов по всему миру, значительная часть — OEM-заводы в Шэньчжэне. Рецептуры жидкостей, вкусы, форматы устройств предельно разнообразны. Контролировать это можно — через регистрацию, лицензирование, налоги, маркировку. Но каждый новый производитель требует отдельной процедуры, каждая новая рецептура — отдельной проверки. Административная цена контроля высока, а выгода от него распределяется между множеством мелких игроков.

IQOS — монопольный рынок. Philip Morris International владеет ключевыми патентами на технологию нагревания табака. Это значит, что конкурент не может просто скопировать устройство и стик — он упрётся в патентную защиту. Контроль здесь встроен в саму структуру рынка: один производитель, одна цепочка поставок, одна система учёта. Регулятору достаточно договориться с одним игроком — и рынок под контролем.