Борис-путешественник, или Как лемминг в собственном ботинке заблудился

Жил-был на краю Ледникового леса мамонтёнок Кузя. Шерсть у него была пушистая, как бабушкина шаль, а характер — любопытный, как у всех порядочных мамонтов. Его лучшими друзьями были белка Беляна, которая считала, что в сутках должно быть 25 часов, чтобы успеть перепрятать все орехи, и лемминг Борис.

Борис был не просто леммингом. Он был Леммингом-Путешественником. У него была крошечная брезентовая панама, компас, который всегда показывал «на суп», и один огромный резиновый ботинок. Борис уверял, что это ботинок его прапрадедушки, который был размером с моржа, и в нём можно отлично пережидать метель.

Однажды утром друзья сидели на большом валуне и грели на солнце животы.
— Эх, — вздохнул Борис, подтягивая сползающие на нос очки из рыбьей чешуи. — Тесно тут. Душа просит простора! Хочу совершить Великое Путешествие! Как Пржевальский, только с хвостом.
— А куда? — поинтересовался Кузя, отмахиваясь хоботом от комара размером с тапочку.
— Туда! — решительно ткнул лапкой Борис в сторону самого густого тумана.

Кузя почесал мохнатым боком о камень.
— В туман нельзя. Там живут Туманные Бабайки. Они, говорят, щекочут хобот до икоты.
— Бабайки — это предрассудки! — фыркнул Борис. — Наука требует жертв! Я иду!

Лемминг напялил свою панаму, залез в дедушкин ботинок, как в каноэ, и оттолкнулся от земли.
— Эге-гей! — крикнул он. — Запишите меня в книгу рекордов Гиннесса! Первый лемминг, отправившийся в кругосветку на личной обуви!

Ботинок плюхнулся в ближайшую лужу, которая после вчерашнего дождя напоминала Северный Ледовитый океан, только с тиной.
— Кузя! — завопил Борис изнутри обуви. — Кажется, я сбился с курса! Компас утонул в борще! И тут… тут что-то шевелится!

Изнутри ботинка донёсся громкий «чпок!». Кузя и Беляна заглянули внутрь. Борис сидел, крепко зажмурившись, а на его носу висела огромная, старая, резиновая калоша, которую он принял за пещеру.
— Я заблудился! — трагическим шёпотом сообщил лемминг. — Внутри собственного транспортного средства! Это фиаско, коллеги. Пришлите спасательную экспедицию.

Беляна прыснула со смеху так, что уронила свой стратегический запас сушёных грибов прямо в лужу.
— Борис, ты в ботинке! Просто развернись!
— Не указывай великому путешественнику! — обиделся лемминг. — Я буду искать выход методом научного тыка!

Он начал тыкать палочкой в резиновую стенку. Палочка с треском сломалась. Борис решил применить тяжёлую артиллерию. Он упёрся всеми четырьмя лапками и дунул. Раздалось громкое «Пу-у-уф!», и лемминг вылетел из ботинка, как пробка от праздничной газировки, пролетел по красивой дуге и приземлился точно в куст малины, где как раз завтракал сонный медведь Потапыч.

— Ой, — пискнул Борис из малины. — Кажется, я открыл новый континент. И он мохнатый.

Потапыч открыл один глаз, увидел торчащий из ягод нос в очках из рыбьей чешуи, вежливо извинился и пересел на соседний малинник.

Кузя, давясь от хохота, вытянул хоботом ботинок из лужи, вылил из него воду, выплюнул компас и помог Борису выбраться из колючек.
— Ну что, Магеллан, открыл Америку?
— Открыл, — мрачно буркнул Борис, снимая с панамы репейник. — Открыл, что в моём ботинке завелась какая-то резиновая калоша-людоед. И что летать леммингам не идёт. У меня теперь аэродинамика, как у кирпича.