Прошло пять дней.

По температуре мне стало немного полегче. Боли, конечно, никуда не ушли. Уже не 9–10 из 10, но всё равно обезбол как не в себя, каждый день капельницы с парацетамолом, антибиотики и пока полная неизвестность, от чего меня вообще лечат.

И тут во вторник появляется мой врач и пишет:
«Звонил в лабораторию. Что-то высеялось в низком титре, позже пришлют анализ».

А это же чат врачей.
Я такой: ок, док, спасибо. Всё на хуй предельно понятно.

Естественно, пишу, что нахожусь в полном смятении, ничего не понимаю и сильно нервничаю. Прошу объяснить, что это вообще значит.

Ответ:
«Значит, есть ИНФЕКЦИЯ. Надо ложиться, делать санацию, ставить дренажи, промывать. Или вообще всё удалять. Инфекция появилась с кожи».

В разговоре дальше говорит, что есть только одно окно на среду, 7 октября, на 16:00. Больше ничего нет, всё занято. А с пятницы он вообще уезжает на конференцию.

То есть либо сейчас, либо потом уже куда-то в другое место.
Выбора особо не было. Я согласился.

Параллельно, уже двигаясь на каких-то других материях, Лера записала меня к светиле светил А. Королёву.

Обычно к нему нужно ждать месяц, а тут через лист ожидания я каким-то чудом прополз на 12:30 именно 7 октября. 

Я натощак, ничего не пил, прихожу.

Господи, спасибо за этих людей.

Они посмотрели все документы, осмотрели меня, и Королёв говорит примерно следующее:

«Вам, наверное, там уже всё объяснили и операцию делают бесплатно?»

А мне хуй что бесплатно делают😅

Дальше он спокойно объясняет:

Мы понимаем тяжесть и срочность ситуации. Знаем, как с этим справиться. Знаем, как постараться всё сохранить, ничего не удаляя. Всё почистить и поставить внутрь губки с антибиотиками. Если готовы, то гоу к нам. В этом вопросе у нас большой опыт. Сегодня вечером сделаем.  Подробностей было больше, но не буду утомлять.  

И вот тут я впервые за долгое время немного выдохнул. Да, что там я, под температурой и уже не до конца все понимая вокруг. Лера после операции наконец выдохнула, что теперь можно доверить меня этим людям наконец, никто не разводит руками и не игнорит. 

Родителей тоже начало отпускать. 

Мне всё объяснили. Чётко. Понятно.

Хотя физически мне всё ещё было очень плохо, я хотя бы смог довериться людям и понять, что сейчас вообще будут делать.

От операции в первой клинике я отказался.

Тем более что, по словам моего врача, подобные осложнения они в последний раз чистили больше пяти лет назад.

После этого ни от врача, ни от клиники я больше ничего не слышал.
Ни «как вы?», ни «что с вами?», ни «живы вообще?».

НИ-ЧЕ-ГО!

7 октября меня в срочном порядке прооперировали уже в другой клинике.

И я остался там ещё на два дня.