братьев, которые сегодня утром, по приказу моего великоазиатского…
братьев, которые сегодня утром, по приказу моего великоазиатского коллеги, товарища Ли Дайши, начали операцию "Рассвет" в землях Афганистана при поддержке союза правоверных Сынов Аллаха, противостоящих масонскому правительству Афганистана, поддерживаемому элитами европейских и латиноамериканских стран. Пожелаем удачи нашим бравым бойцам, отдающим свои жизни за наши ценности и веру. Пожелаем удачи бравым бойцам народа хань¹, отдающим жизни во имя великоазиатского процветания. Азия, благослови её Бог, будет едина и станет образцом великой морали и гармонии для всего мира.
Переключили после речи Стилуэя на трансер "Дачжэньли"², где всё велось исключительно на "языке мудрости и нравственности".
- Будешь нам всё переводить, - сказала С-2 старшему внуку.
На экране, по которому снизу бежали золотые китайские иероглифы, в красном халате с золотым драконом стоял образцовый китаец, Великий Мастер Ли. Красный просторный халат скрывал что-то блестящее, тёмное, как будто металлическое. Полное лицо с неестественными чертами имело такие улыбку и взгляд, как будто бяохань что-то скрывает или как-то хитрит. Позади повелителя стояли два Даодэ Вэйбина в чёрном. Холодные лица внушали гордость за могущество Великой Азии и страх перед нею.
Выступив до этого с речью о "Великой миссии нравов", начатой в Афганистане и устремлённой к Аравии и Африке, "эталонный китаец" держал речь о следующем:
"Великий переход, согласно данным Тайбаньгунши³, осуществлён успешно. Теперь в Великоазиатской державе не будет никаких Исао Ямамото, Ким Вон Ченов, Нагуенов или Энильхунов. Теперь они все носят ханьские, истинные имена. Они впитали в себя великую культуру, освободились от квазикультурной пошлятины, причинами которой стали безнравственность, самомнение и неправильное представление о счастье, об истинном, нравственном и прекрасном. Желаем выразить благодарность лидерам "лагерей нравственности", привившим истинное варварам. Слава великоазиатскому народу хань!
И все стоящие за лидером закричали: "Ваньсуй!" - китайское "Да здравствует [великий мастер Ли]!"
В семье Джесперов-Дао, как мы знаем, с недавних пор жил Дао Янбан. По закону Конфедерации, муж, зять, свёкор, тесть или шурин для женщины важнее отца, брата, сестры, дочери или кого-то ещё из близких родственников, ибо благодаря им "семьи укрепляют связи, продолжает род человеческий и вносят вклад в развитие нравственности". Кроме того, всё те же законы приравнивали их к клиентам, а как известно, клиент всегда прав. Так что к этой категории родственников всегда тут было особое отношение.
За будущие Победы великих держав дед, отец и сын Джесперы, а также Дао Янбан выпили по три стакана виски. Китаец стал рыдать, и его начала успокаивать одна из жён Роберта, мужа а-32, а сам Роберт вместе с отцом решили проявить мужество и стали орать:
- Ну всё, им всем там крышка! Задница этим всем шведам, латиносам, балтам! Их раздавят там наши, как тараканов! Ура! За державу! За Родину! За Стиллуэя! Вперё-ё-ёд!!!
Крича это, дед, отец и сын крушили мебель. Разбили вазу. Марк дал в глаз самой младшей сестре. Роберт едва не удушил среднего сына. Дед разбил стекло и завыл от боли. Потом три пьяных "великих воина" набросились на С-2, A-32 и шестнадцатилетнюю М-5, светловолосую худую сестру Марка, девушку с тёмно-вишнёвыми губами, и давай со всей злости, со всей дури, со всей силы и ярости кусать их, бить, таскать за волосы, бросать... и это безумие продолжалось около получаса, пока эти трое не сели на дивана отдышатся и не потребовали принести им пива, что и сделали побитые женщины. С-2 и А-32 наливали мужьям и зятю, М-5 - брату.
Сидя на диване, Роберт пошутил стихом:
- Если баба не даёт - значит дай ей промеж рог!
И покатился пьяный хохот.
- Есть четыре вида орудий: немое - плуг, мычащее - скот, говорящее - раб и дающее - баба, - сморозил Марк.
Снова истерический смех. Теперь шутил дед:
Переключили после речи Стилуэя на трансер "Дачжэньли"², где всё велось исключительно на "языке мудрости и нравственности".
- Будешь нам всё переводить, - сказала С-2 старшему внуку.
На экране, по которому снизу бежали золотые китайские иероглифы, в красном халате с золотым драконом стоял образцовый китаец, Великий Мастер Ли. Красный просторный халат скрывал что-то блестящее, тёмное, как будто металлическое. Полное лицо с неестественными чертами имело такие улыбку и взгляд, как будто бяохань что-то скрывает или как-то хитрит. Позади повелителя стояли два Даодэ Вэйбина в чёрном. Холодные лица внушали гордость за могущество Великой Азии и страх перед нею.
Выступив до этого с речью о "Великой миссии нравов", начатой в Афганистане и устремлённой к Аравии и Африке, "эталонный китаец" держал речь о следующем:
"Великий переход, согласно данным Тайбаньгунши³, осуществлён успешно. Теперь в Великоазиатской державе не будет никаких Исао Ямамото, Ким Вон Ченов, Нагуенов или Энильхунов. Теперь они все носят ханьские, истинные имена. Они впитали в себя великую культуру, освободились от квазикультурной пошлятины, причинами которой стали безнравственность, самомнение и неправильное представление о счастье, об истинном, нравственном и прекрасном. Желаем выразить благодарность лидерам "лагерей нравственности", привившим истинное варварам. Слава великоазиатскому народу хань!
И все стоящие за лидером закричали: "Ваньсуй!" - китайское "Да здравствует [великий мастер Ли]!"
В семье Джесперов-Дао, как мы знаем, с недавних пор жил Дао Янбан. По закону Конфедерации, муж, зять, свёкор, тесть или шурин для женщины важнее отца, брата, сестры, дочери или кого-то ещё из близких родственников, ибо благодаря им "семьи укрепляют связи, продолжает род человеческий и вносят вклад в развитие нравственности". Кроме того, всё те же законы приравнивали их к клиентам, а как известно, клиент всегда прав. Так что к этой категории родственников всегда тут было особое отношение.
За будущие Победы великих держав дед, отец и сын Джесперы, а также Дао Янбан выпили по три стакана виски. Китаец стал рыдать, и его начала успокаивать одна из жён Роберта, мужа а-32, а сам Роберт вместе с отцом решили проявить мужество и стали орать:
- Ну всё, им всем там крышка! Задница этим всем шведам, латиносам, балтам! Их раздавят там наши, как тараканов! Ура! За державу! За Родину! За Стиллуэя! Вперё-ё-ёд!!!
Крича это, дед, отец и сын крушили мебель. Разбили вазу. Марк дал в глаз самой младшей сестре. Роберт едва не удушил среднего сына. Дед разбил стекло и завыл от боли. Потом три пьяных "великих воина" набросились на С-2, A-32 и шестнадцатилетнюю М-5, светловолосую худую сестру Марка, девушку с тёмно-вишнёвыми губами, и давай со всей злости, со всей дури, со всей силы и ярости кусать их, бить, таскать за волосы, бросать... и это безумие продолжалось около получаса, пока эти трое не сели на дивана отдышатся и не потребовали принести им пива, что и сделали побитые женщины. С-2 и А-32 наливали мужьям и зятю, М-5 - брату.
Сидя на диване, Роберт пошутил стихом:
- Если баба не даёт - значит дай ей промеж рог!
И покатился пьяный хохот.
- Есть четыре вида орудий: немое - плуг, мычащее - скот, говорящее - раб и дающее - баба, - сморозил Марк.
Снова истерический смех. Теперь шутил дед: