Выкройка из бересты
Осень уже плотно брала тайгу за горло. Воздух стал стеклянным, а по утрам на пожухлом папоротнике лежал иней — верный знак, что пора отложить топор и взяться за иглу. Зима здесь не приходит в гости, она приходит хозяйничать, и встречать её в одной лишь кожаной куртке — затея для глупцов. Мне нужна была настоящая, глухая броня из меха.
Всё началось в кузне. Моя механическая установка на ручье исправно крутила тяжёлые меха, и горн гудел, пожирая древесный уголь, который я наготовил в ямах. Железо у меня было своё, добытое и обогащённое, грубое, но честное. Я не гнался за дамасскими узорами; мне нужна была прочность и точность.
Сначала я выковал инструмент. Это была самая тонкая работа, которую мне приходилось делать. Несколько небольших молотков с разным весом бойка — от тяжёлого, для грубой формовки, до почти невесомого, для доводки кромок. Пробойники — стержни из каленой стали разного диаметра, чтобы делать в толстой коже ровные, не рваные отверстия. Главное — шило. Я потратил полдня, формируя его жало. Оно должно было быть трёхгранным, но не острым, как игла, а слегка скруглённым, чтобы раздвигать волокна кожи, а не рвать их. И, конечно, ножницы. Две стальные пластины, соединённые мощной железной заклёпкой. Я правил их на мокром точильном камне часами, добиваясь идеального прилегания плоскостей. Кромки я вывел с лёгким наклоном — только так они будут резать плотную, выделанную шкуру, а не жевать её. Проверял на клочке меха: срез должен быть чистым, без заусенцев.
С нитками пришлось повозиться. Пряжи у меня не было. Я распустил старую плетёную верёвку из крапивы, выбрав самые длинные и прочные волокна. Затем я их ссучил, натирая дёгтем и сосновой смолой. Получилась дратва — грубая, но не гниющая и чудовищно крепкая нить, способная удержать на себе вес человека.
Прежде чем кроить, нужны были лекала. Бумаги нет, поэтому я взял внутреннюю, гладкую сторону бересты. Обвёл пучком уголька контуры своей старой куртки, рукавов, капюшона. Вырезал эти шаблоны ножом. Они получились жёсткими, не гнущимися, — то, что нужно для работы с мехом.
Материал — это отдельная история. За лето и осень я добыл несколько волков, пару рысей и накопил шкурки зайцев. Выделка — процесс долгий: мездрение скребком, жирование, разминание руками до состояния мягкой замши. Теперь передо мной лежала гора пахнущего дымом и зверем меха. Я выбрал волчьи шкуры на основу — они самые прочные и не продуваются ветром. Рысь пошла на опушку капюшона — её мех не обмерзает от дыхания. Из заячьих шкурок я решил сделать подклад — они лёгкие и очень тёплые.
Работа пошла. Я расстелил волчью шкуру мехом вниз. Приложил берестяные лекала. Резать нужно было не абы как, а строго по мездре, одним уверенным движением, ведя нож от себя. Ошибка стоила бы целого полотна. Срезал. Затем брал шило и, прикладывая лекало, пробивал ряды ровных отверстий с шагом в палец. Работа монотонная, от неё немеет кисть.
Сшивать начал с капюшона. Продевал дратву в иглу — толстую, кованую, с ухом, пробитым ещё в горне, — и начинал шить седельным швом. Две иглы, две нити навстречу друг другу. Узлы я прятал внутрь, между слоями меха. Стежок за стежком, куртка начала обретать форму. Запах палёного жира, которым я смазывал дратву, чтобы та легче скользила, смешивался с запахом мокрой шерсти и холодной стали.
(Продолжение следует...)