Три малоизвестных факта о походе Аскольда и Дира на Константинополь!
Набег, заставивший Византию содрогнуться.

18 июня 860 года. Константинополь. Двести кораблей неожиданно появились со стороны Чёрного моря в Босфоре. Жители города были совершенно не готовы — император Михаил III ушёл с главными силами в Малую Азию, черноморский флот был переброшен на Сицилию. Этот город сейчас был почти пуст. Три истории, спрятанные в трещинах летописи.

Факт I. Их, возможно, было не «двое» — может быть, только один.
Русские летописи всегда пишут Аскольда и Дира вместе, будто они пара. Но если внимательно вчитаться в текст, обнаруживается странность.

В «Повести временных лет», когда описывается, как они «пошли на греков», глагол стоит в единственном числе — «иде Аскольд и Дир… и приде», то есть буквально «Аскольд и Дир пошли… он пришёл». Если бы действительно действовали двое, древнеславянский использовал бы двойственное число.

Историк Шахматов давно заметил эту проблему. Его вывод: в первоначальном рассказе был только один князь, а Дир был «добавлен» позже. В фольклоре есть классическая модель — «два брата» как основатели, это любимый приём рассказчиков. Имя Дира, скорее всего, было добавлено позднейшими летописцами, чтобы подогнать историю под этот шаблон.

Факт II. Они лучше всего умели не воевать, а «добывать информацию».
Набег 860 года не был безрассудной авантюрой. Это была тщательно просчитанная военная операция.

Византийские источники сообщают: Аскольд выбрал момент с точностью, которая настораживает. Император Михаил III только что ушёл с сорокатысячным войском в Малую Азию против арабов. Имперский флот — триста кораблей — был отправлен на Сицилию. Стены Константинополя стояли, но гарнизон был жалок.

Откуда Аскольд всё это знал? Русский историк Гросицкий считает, что ответ один: у них были «свои люди» в Константинополе. Те самые росские купцы, что годами торговали между Чёрным морем и Босфором, те самые варяжские наёмники, что служили в имперской столице, а может, и подкупленные византийские чиновники — все они составляли разведывательную сеть, которая точно передавала на Днепр самый уязвимый момент империи.

Враг, чьего имени ты «не знаешь», точно знает, что твоего императора нет в городе, а флота нет в порту. Это страшнее меча.

Факт III. Росов заставило отступить, возможно, не «чудо», а деньги.
В византийском официальном рассказе осада закончилась так: патриарх Фотий опустил в море «ризу» Богородицы, внезапно поднялся страшный ветер, росские корабли перевернулись и разбились, остатки бежали в Киев.

Красивая история о чуде. Но у неё есть проблема: сам Фотий, современник событий, в двух своих проповедях никогда не упоминает «бурю». Он говорит только две вещи: росы опустошили предместья города; затем они «ушли с множеством богатств».

«С множеством богатств» — вот ключ.

Современные историки, сравнив все источники, пришли к выводу: в 860 году крупного сражения, скорее всего, вообще не было. Аскольд осадил Константинополь, но не имел сил взять эти огромные стены. Император Михаил III вернулся в столицу, но у него тоже не было достаточно войск, чтобы выгнать росов. Тогда стороны сели за стол переговоров.

Результат: Византия заплатила. Аскольд получил «дары» — фактически выкуп — и ушёл.

А ещё более удивительное случилось через несколько лет. В 867 году Фотий в письме восточным патриархам объявил: росы приняли христианство. Он писал, что они «от безбожия эллинского обратились к чистой христианской вере» и «приняли епископа». Это первое в истории зафиксированное извне известие о крещении Руси — на сто с лишним лет раньше крещения князя Владимира.

Так что история 860 года, возможно, куда сложнее, чем «одно сражение»: точный разведывательный удар, переговоры без дыма, выкуп, не вписанный в договор, и забытое, самое раннее крещение Руси.