— Он не твой сын, — сказал ворон человеческим голосом. — Он — король замка. А ты спрятала его, чтобы он не открыл дверь под башней.

Мальчик улыбнулся. В его глазах отражалась не луна, а огонь — тот самый, что исчез сто лет назад из архивной башни.

Мирена поняла: замок звал её не за наследником. Он звал за сторожем.

Она подняла фонарь. Лунное пламя вспыхнуло, и на миг память вернулась: она была не хранительницей архива, а первой узницей замка. Мальчик освободил её когда-то — и отдал взамен собственное имя.

Ворота распахнулись. А в пустой книге появилась новая строка: «Сегодня Хранительница вернулась домой».

Мирена шагнула внутрь. И ворон впервые за сто лет замолчал.

За порогом не было ни пыли, ни паутины. Лишь длинный зал, освещённый сотнями неподвижных огней. В каждом фонаре мерцало чьё-то воспоминание: детский смех, скрип пера, голос, зовущий по имени.

Мальчик вошёл следом. Ворота за ним закрылись беззвучно.

— Ты ведь вспомнила, — сказал он.

Мирена сжала медальон. Чёрный камень внутри стал тёплым.

— Я вспомнила огонь. Но не тебя.

— Это и было условие, — ответил мальчик. — Чтобы запереть дверь, ты отдала замку память обо мне. А теперь он хочет забрать последнюю.

В глубине зала поднялась лестница, которой прежде не было. Наверху, за круглым окном, темнела башня. Из-под её двери струился золотой свет — слишком яркий для луны.

Ворон вспорхнул и сел на перила.

— Если она откроет дверь, замок выпустит всё, что хранил, — каркнул он. — И тогда ни одна легенда не останется легендой.

Мирена посмотрела на мальчика. Его лицо казалось ей незнакомым, но ладонь сама потянулась к нему — как к тому, кого она уже однажды спасла.

— Как тебя зовут? — спросила она.

— Ты дала мне имя, — прошептал он. — Но забыла.

Мирена подняла фонарь. Пламя дрогнуло и стало почти прозрачным. Тогда она поняла: замок не просил отдать воспоминание. Он просил назвать его.

Она произнесла первое имя, пришедшее на ум:

— Дом.

Все огни в зале погасли.

Тишина прокатилась по стенам, и за дверью башни что-то тяжело вздохнуло. Замок узнал себя. Золотой свет исчез, лестница рассыпалась в пепел, а чёрный камень в медальоне треснул надвое.

Мальчик вдруг стал выше. На его плечах проступила корона из тонких ветвей, а в глазах отразились башни — уже не тюремные, а жилые, с тёплыми окнами.

— Теперь я могу остаться, — сказал он.

— А я? — спросила Мирена.

Он протянул ей руку.

— Ты можешь уйти. Или вспомнить.

К её ладони прикоснулась маленькая рука. И вместе с теплом вернулось забытое: смех у реки, бумажный кораблик, обещание не оставлять друг друга в темноте.

На рассвете путники увидели у замка женщину с серебристыми волосами и мальчика рядом. Ворона с ними не было. Только на воротах сидела чёрная птица, и в её клюве поблёскивал осколок медальона.

🍁🍁🍁🍁🍁🍁🍁

Вот такая легенда. Немного непонятная, но очень красивая. На мой взгляд.👀

А на ваш? 

Напишите в комментариях, что думаете по этому поводу (если, конечно, дочитали до конца)!🤔

И как вы считаете, сможет ли нейросеть заменить живого автора? Сможет ли она стать полноценным творцом? Или у нее всё таки нет шансов? 🤔©