Меняется ли человек в работе с психологом?

Тезис о возможности изменений в процессе психотерапии на невротическом уровне - один из раскалывающих профессиональное сообщество надвое. Это - тот вопрос, от внутреннего ответа на который зависит и работа конкретного специалиста, и его самопредъявление в мире. Я думаю, что и без всякой привязки к практической психологии вопрос о том, способен ли человек меняться, может породить дискуссию в любой беседе. Мне хочется поискать ответ на него вслух, манифестируя, таким образом, свое отношение к теме. Говорить будем об изменениях в жизни условно-здорового человека, без клинических крайностей.

Я оттолкнусь от допущения, что изменения возможны. Я здесь опираюсь на личный опыт: в некоторых темах спустя время в терапии я чувствую себя устойчивее. Я вижу эти изменения. Но взять ли это метафизически, в вакууме, мол, вот терапия, её какой-то уникальный процесс, и я в нем меняюсь? Ну конечно нет. Много чего происходило параллельно в моей жизни. Например, есть одна тема, которую я год, наверное, прорабатывал время от времени, говорил о ней, иногда что-то менялось в самой ситуации, и об этих изменениях я тоже размышлял. То есть, терапия сопровождала мои изменения, вот как бы я это обозначил.

Что точно происходило, так это то, что я эти изменения делал в терапии видимыми для себя: замечал, анализировал, делился этим в контакте с другим человеком, который подтверждал мои метаморфозы своим присутствием и включенностью: "Год назад мы говорили об этой ситуации так, теперь говорим иначе, я тоже замечаю изменения", - как бы говорит мне терапевт.

Изменения требуют времени, моих усилий, как клиента, они требуют усилий терапевта, этого другого значимого человека. Изменения происходят со мной, как с живым организмом, проживающим свой онтогенез - жизнь. Я могу замечать их, признавать и осмыслять. А могу не видеть и считать, что я все такой же, как был.

Я тогда думаю о фразе "терапия не работает - клиент не меняется". Если исходить из тезиса, что в принципе изменения в моей жизни возможны (просто терапией они будут сопровождаться, а не обеспечиваться именно и только лишь ею), тогда вот это "не работает" я для себя перевожу так: "Я признаю, что в данный момент изменения в моей жизни невозможны", или "Я признаю, что в отношениях с этим терапевтом это невозможно", или "Я не готов к изменениям или не хочу изменений, или я решил, что они мне больше не нужны в какой-то теме".

И тогда мой ответ на заявленный вопрос таков: человек меняется. Но, во-первых, не исключительно в работе с психологом в вакууме, меняться будет и жизненная ситуация. А во-вторых, эти изменения вряд ли можно запрограммировать такими, какими я хочу. Что-то поменяется, и я могу зафиксировать это, присвоить себе "новую версию себя". А понравится ли она мне или близким мне людям - вопрос из другой области восприятия.

P.S. Когда дописал заметку, понял, что хочу добавить, как гештальт рассматривает личность: как процесс на границе контакта организма со средой. А процесс - это движение. Терапевт ведь тоже меняется, будучи при этом частью среды клиента, но и клиент - это часть среды терапевта. И в этом случае изменения в организме и изменения в среде неминуемо повлияют на то, что формируется на границе контакта. Тогда терапия будет лишь сопровождать все, что происходит в их общем поле, создавая пространство для лучшего осознавания и за счет этого помогая увидеть больше собственных выборов, влияющих на жизнь каждого из участников контакта.