Наша Русская Голгофа

30 октября — день, когда Церковь и народ вспоминают всех, кто безвинно пострадал за веру и правду в годы богоборчества. В 2026 году этот день приходится на пятницу 22-й седмицы по Пятидесятнице. С 2021 года по благословению Священного Синода совершается особое заупокойное поминовение всех православных христиан, «безвинно богоборцами убиенных или безвинно пребывавших в заключении».

Центром молитвенной памяти в этот день становится Бутовский полигон — место массовых расстрелов, где с августа 1937 по октябрь 1938 года были убиты более 20 000 человек, среди которых около тысячи священнослужителей, монашествующих и мирян. Здесь совершается Божественная литургия и панихида, а с 11:00 до 19:30 проходит ежегодная акция «Голос Памяти» — чтение имён пострадавших по «расстрельным спискам» НКВД. Люди возлагают цветы и ставят свечи на насыпи погребальных рвов у мемориала «Сад памяти»

Прямые цитаты из дневников и прозы писателей и церковных деятелей, прошедших через эмиграцию, сохранили живой ужас и боль той эпохи.

Митрополит Вениамин (Федченков), ведший дневники в 1926–1948 годах, записывал о происходящем на родине:

«Нигде, ни в одной стране нет... такого издевательства над всеми людьми, какое наблюдается сейчас в советской России».

«Родной народ, только враждующий и упавший, и унывший ждет ласки и помощи. Бедный».

«А какое же мучение испытывают архиереи в России?! Боже! Боже! Помоги им!».

Марина Цветаева в очерке «Живое о живом» передала пророческое видение Максимилиана Волошина о будущем России:

«...всю русскую революцию на пять лет вперед: террор, гражданская война, расстрелы, заставы, Вандея, озверение, потеря лика, раскрепощенные духи стихий, кровь, кровь, кровь...».

Николай Гумилёв не был эмигрантом, но в мемуарах о нём сохранилось свидетельство трагического неведения:

«Гумилеву не раз указывали, что его поведение опасно: уже начался террор. Он неизменно отвечал: – Меня не тронут...».

Иван Бунин в дневниковых записях «Окаянных дней» (апрель 1919 года) зафиксировал сам механизм террора — усыпление совести:

«...в этом и весь адский секрет большевиков – убить восприимчивость. Люди живут мерой, отмерена им и восприимчивость... "Как? Семь повешенных?!" – "Нет, милый, не семь, а семьсот!"».

В сборнике «Архив русской революции» (Берлин, 1922) звучит обобщающее свидетельство эпохи:

«Волна красного террора... раскатилась затем по всей России... Вся Россия стонала от большевистского террора. Никто не знал, что принесет ему ближайший час».

30 октября молитвенное предстояние за всех, чьи имена вычеркнуты из жизни, но не из памяти Божией.