Слобода Красный Яръ

«Площадь, ночь арестов и палочки регента»
«Революционеры Красного Яра». Часть третья: как всё закончилось — и не закончилось
Продолжаем цикл публикаций, посвящённый предстоящей годовщине Великой Октябрьской социалистической революции, и завершаем рассказ о подпольных годах слободы Красный Яр.
Итак, площадь. Школьникам раздали отпечатанные листовки с песнями «Марсельеза» и «Смело, товарищи, в ногу», и они шли, построившись, и пели. Второй учитель, Михаил Петрович, в этом не участвовал — словно предчувствовал, чем обернётся день.
У церковной ограды демонстрантов встретили урядник, два стражника и двое мужиков — Шишкин Иван Иванович и Краснокуцкий Василий Иванович. Они стали бить учителя Александра Ивановича. Дети заступались за него, бросали в стражников и мужиков всё, что попало.
Из дома Тарасенко вышел Штейфельд и прогнал урядника. Колонна пошла дальше — с песнями.
А на второй день в школе дед-сторож тихо рассказал: Александра Ивановича, доктора Зубковского, регента Василия Васильевича и Льва Павловича Штейфельда ночью арестовали. Дети разбежались по домам.
Однажды в 1906 году, сидя на уроке, школьники увидели в окно: по площади идёт регент Василий Васильевич — на двух палочках, еле переставляя ноги. На перемене они обступили его: «Что с вами случилось?» Он ответил: «Болят ноги. Я сидел в железном мешке, и если бы отец Владимир не вызволил меня, я бы там помер».
Из его слов стало известно, чем кончилась эта история: Лев Павлович осуждён, Александр Иванович сбежал, а доктор Зубковский лечит раненых в Москве — его тесть открыл госпиталь на 30 коек, с полным содержанием, питанием и лечением.
Вот, собственно, и всё, что сохранилось в воспоминаниях ученика земской школы о подпольной работе революционеров слободы Красный Яр в 1904–1905 годах. Но история слободы на этом не заканчивается — впереди новые главы о революции и о том, что она принесла.
#история #краеведение #КрасныйЯр #СаратовскаяГуберния #революция1905
Фотография в публикации подобрана по духу эпохи: это не снимок самой слободы Красный Яр, а историческое изображение начала XX века, помогающее представить то время.

«Книжечки, песок и скирда соломы»
«Революционеры Красного Яра». Часть вторая: ночёвка в школе, песок в карманах и Палашка с рядном
Продолжаем цикл публикаций, посвящённый предстоящей годовщине Великой Октябрьской социалистической революции, и вспоминаем, чем закончился тот зимний вечер 1904 года.
Вечером учитель послал двух мальчишек в дом купца Тарасенко, где жил доктор Зубковский, его зять. Там их ждал Лев Павлович. Мальчики вошли через парадные двери — и увидели в комнате мужиков: Гречаного Василия Моисеевича, Гречаного Алексея Моисеевича, Кравченко Павла Мартыновича и Филипенко Тараса Степановича.
Лев Павлович взял мальчиков за руки и повёл в другую комнату. Достал книжечки — «Социал-революционер», «Социал-демократ» — положил в сумки под шубы, а в карманы им насыпал сухого песка. И предупредил: «Оберегайтесь Головко Михайла Михайловича — сыщика. А если кого схватят — бросьте ему песок в глаза». Горсть песка против грозного сыщика — такова была вся «подпольная техника» тогдашних школьников.
В тот раз книжечки разбросали благополучно. Но через некоторое время предложение повторилось — и тут чуть не случилась беда. У улицы Выгона кто-то побежал от дома Подошвина Василия Кирилловича. Мальчики притаились за углом, вернулись к дому Лозового и бросили литературу под скирду соломы.
Наутро у той скирды оказался отец Лозового. Он кричал жене: «Палашка, неси рядно, я надёргал соломы, будем топить печь…» Так книжечки едва не сгорели в крестьянской печи. Спаслись они чудом — читались потом в доме деда «Мандрыки», читал Ковалев Сергей Фёдорович, а в доме Ковалева Ильи Романовича — Лозовой Фёдор Иванович, отец напарника, человек, который всегда читал газеты мужикам.
Между тем события набирали силу. Ковалев Сергей Фёдорович и Каунов Иван Семёнович работали на железнодорожном мосту через Медведицу — их забрали, судили, отсидели по два месяца в тюрьме. А зимой 1905 года доктор Зубковский прибежал в школу с криком: «Да здравствует революция!» — и с красными флажками на палочках.
Что произошло на площади, у церковной ограды, — в следующей, самой тяжёлой части.
#история #краеведение #КрасныйЯр #СаратовскаяГуберния #революция1905
Фотография в публикации подобрана по духу эпохи: это не снимок самой слободы Красный Яр, а историческое изображение начала XX века, помогающее представить то время.

«Народный дом на базарной площади»
«Революционеры Красного Яра».
Часть первая: человек, который построил Народный дом
Продолжаем цикл публикаций, посвящённый предстоящей годовщине Великой Октябрьской социалистической революции, и открываем его историей слободы Красный Яр — рассказанной голосом её жителя, ученика земской школы Семёна Иосифовича Редькина.
Представьте слободу Красный Яр Камышинского уезда Саратовской губернии, конец 1903 года. Жизнь здесь текла привычно: базар, церковь, земская школа. И вдруг — новый земский начальник. Звали его Лев Павлович Штейфельд, и современники долго ещё гадали, что это за человек. Чуть позже выяснилось: революционер.
Первым делом он выстроил на базарной площади Народный дом — всего в восьмидесяти метрах от ограды Троицкой церкви. Для слободы это было событие: в Народном доме устраивали чтения с «туманными картинами» — так тогда называли показ слайдов, диковинку для деревни.
Но и это не всё. Ученики земской школы бесплатно обедали — капусту, картофель, пшено, сало, постное масло приносили в школу местные жители, кто что мог. Хотя в основном об этом беспокоился тот самый земский начальник. Странный был начальник: не бил, не кричал — заботился.
А ещё в 1904–1905 годах в слободе появились маёвки: школьники два дня, первого и второго мая, жили в лесу, взяв из дома только ложки да кружки. Дети, конечно, не понимали, зачем это. Зато поняли однажды зимой 1904 года, когда учитель Александр Иванович тихо сказал одному из них: «Предупреди Лозового Василия, пусть останется ночевать в школе. Ты останешься тоже».
Что случилось тем вечером — в следующей части.
#история #краеведение #КрасныйЯр #СаратовскаяГуберния #революция1905
Продолжение следует…
Фотография в публикации подобрана по духу эпохи: это не снимок самой слободы Красный Яр, а историческое изображение начала XX века, помогающее представить то время.