Ради чего мы живём. Часть 1
Сегодня часто можно услышать интересное словосочетание «образ будущего» и я считаю, что нам его предстоит сформировать. Или всё же «отрыть», найти образ будущего в прошлом... Давайте разбираться!
В разных философских традициях образ будущего рассматривается не просто как фантазия, а как важнейший онтологический и гносеологический инструмент, который определяет бытие человека и логику исторического процесса. Проще говоря, это система представлений, целей, ценностей и ожиданий о том, каким будет состояние человека, общества или государства завтра.
Адепты различных философских течений видят день завтрашний по-разному. Телеологи (нет, не телевизоры они изучают) описывают конечную цель, к которой всё движется, например, достижение максимальной, универсальной свободы, носителем которой является Мировой дух Гегеля. Экзистенциалисты видят будущее как пространство абсолютной свободы, личного выбора и проекта человека, который конструирует себя сам через свои ожидания. А русский космизм предполагает будущее как этап активной эволюции, где человечество силой разума преобразует космос и побеждает смерть, воскрешая всё когда-либо жившее.
Но обывателю мысли условных Сартра или Фёдорова просто так не «продашь». Нужны понятные конструкты и символы. Рассмотрим опыт СССР.
Образ будущего в стране советов притерпел эволюцию от романтической революционной утопии до высмеиваемого Марксом телеологического KPI, конечной точки — построение коммунизма. Но этот метод проектирования будущего доказал свою эффективность на короткой дистанции. Плановой экономике присущи не только чёткая задокументированная норма, но и символы. Плакаты, песни, фильмы, которые рисовали понятную и школьнику, и заслуженому металлургу цель, ради которой надо жить. И работать.
Фильмы в СССР снимали казённые киностудии, печатались проверенные авторы, желательно члены союза писателей, монополистом на издание пластинок была государственная фирма «Мелодия». То есть механизмы конструирования образа завтрашнего дня находились только в руках государства, руководящая роль в котором отводилась коммунистической партии. Ленинские соколы, незаметно превратившиеся в кремлёвских старцев, управляли душевными струнами народа, время от времени не обращаясь к его истории и вековым традициям.
И когда к 1980-м утопическое коммунистическое общество не было построено, былые конструкты и дефиниции устарели, на их место пришли другие, более вредоносные. Разрыв между обещанным будущим и повседневной реальностью подрывал убедительность официальной идеологии. В сочетании с экономическими, институциональными и политическими противоречиями это ослабляло легитимность советской системы и привело к её краху. А вместе с этим разрушился и соцлагерь, которому образ будущего СССР некогда успешно продавал, тем самым укрепляя своё геополитическое положение.
Что я хочу этим сказать? Мысль проста: образ будущего, ради которого народ условно готов ютиться в маленьких хрущёвках, впахивать на заводах, выполняя стахановские нормы, должен зиждиться на национальных ценностях, государство не должно обладать монополией на день завтрашний — цели и смыслы вырабатываться в согласии с обществом. Чтобы не повторить ошибки СССР.
Чего стоит остерегаться мы выяснили. В следующей части попробую дать ответ на изначальный вопрос: а какой образ будущего у России?
https://max.ru/join/n2B5nJz8ueawoPmDgV3C9ey-RUI2thdwRP7lGQ4NYW0
Сегодня часто можно услышать интересное словосочетание «образ будущего» и я считаю, что нам его предстоит сформировать. Или всё же «отрыть», найти образ будущего в прошлом... Давайте разбираться!
В разных философских традициях образ будущего рассматривается не просто как фантазия, а как важнейший онтологический и гносеологический инструмент, который определяет бытие человека и логику исторического процесса. Проще говоря, это система представлений, целей, ценностей и ожиданий о том, каким будет состояние человека, общества или государства завтра.
Адепты различных философских течений видят день завтрашний по-разному. Телеологи (нет, не телевизоры они изучают) описывают конечную цель, к которой всё движется, например, достижение максимальной, универсальной свободы, носителем которой является Мировой дух Гегеля. Экзистенциалисты видят будущее как пространство абсолютной свободы, личного выбора и проекта человека, который конструирует себя сам через свои ожидания. А русский космизм предполагает будущее как этап активной эволюции, где человечество силой разума преобразует космос и побеждает смерть, воскрешая всё когда-либо жившее.
Но обывателю мысли условных Сартра или Фёдорова просто так не «продашь». Нужны понятные конструкты и символы. Рассмотрим опыт СССР.
Образ будущего в стране советов притерпел эволюцию от романтической революционной утопии до высмеиваемого Марксом телеологического KPI, конечной точки — построение коммунизма. Но этот метод проектирования будущего доказал свою эффективность на короткой дистанции. Плановой экономике присущи не только чёткая задокументированная норма, но и символы. Плакаты, песни, фильмы, которые рисовали понятную и школьнику, и заслуженому металлургу цель, ради которой надо жить. И работать.
Фильмы в СССР снимали казённые киностудии, печатались проверенные авторы, желательно члены союза писателей, монополистом на издание пластинок была государственная фирма «Мелодия». То есть механизмы конструирования образа завтрашнего дня находились только в руках государства, руководящая роль в котором отводилась коммунистической партии. Ленинские соколы, незаметно превратившиеся в кремлёвских старцев, управляли душевными струнами народа, время от времени не обращаясь к его истории и вековым традициям.
И когда к 1980-м утопическое коммунистическое общество не было построено, былые конструкты и дефиниции устарели, на их место пришли другие, более вредоносные. Разрыв между обещанным будущим и повседневной реальностью подрывал убедительность официальной идеологии. В сочетании с экономическими, институциональными и политическими противоречиями это ослабляло легитимность советской системы и привело к её краху. А вместе с этим разрушился и соцлагерь, которому образ будущего СССР некогда успешно продавал, тем самым укрепляя своё геополитическое положение.
Что я хочу этим сказать? Мысль проста: образ будущего, ради которого народ условно готов ютиться в маленьких хрущёвках, впахивать на заводах, выполняя стахановские нормы, должен зиждиться на национальных ценностях, государство не должно обладать монополией на день завтрашний — цели и смыслы вырабатываться в согласии с обществом. Чтобы не повторить ошибки СССР.
Чего стоит остерегаться мы выяснили. В следующей части попробую дать ответ на изначальный вопрос: а какой образ будущего у России?
https://max.ru/join/n2B5nJz8ueawoPmDgV3C9ey-RUI2thdwRP7lGQ4NYW0