Четырнадцатое число началось для Дианы с приятного уведомления от…

Четырнадцатое число началось для Дианы с приятного уведомления от банка. Зарплата. После долгих смен на железной дороге, где нужно быть начеку каждую секунду, мозг требовал не просто отдыха, а полной перезагрузки.

Диана вышла из дома с четким планом: дойти до строительного, купить краску для зала, докупить колер и закрыть вопрос с ремонтом. План продержался до первого взгляда в продуктовом на бутылочку пива.

«Гуливан» засосал незаметно. Деньги, которые должны были превратиться в уют, с пугающей легкостью превращались в коктейли, музыку и то самое чувство свободы, когда тебе 21 год и ты живешь одна. К утру следующего дня в кошельке было пусто. Трезвая оценка показала жестокую правду: на краску и ту самую печку ушла в лучшем случае треть зарплаты. Всё остальное растворилось в неоновых огнях.

Сожаление накрыло тяжелой волной. Диана стояла посреди своей съемной «Хаты сбоку», смотрела на три банки краски цвета морской волны, сиротливо стоящие в углу, и понимала что это капец. Аванс был еще не скоро.

Но делать было нечего. Раздражение на саму себя нужно было куда-то деть. Она вскрыла банку.

Зал начал преображаться с пугающей скоростью. Матовая морская волна ложилась на стены идеально, и с каждым мазком раздражение отступало. Это была настоящая, честная терапия. К вечеру три стены дышали холодом глубокого океана. Четвертую — на которой рисовала, для неё, для фона рисунка, планировался брутальный хаки или теплый «светло-огненный» , но это уже с аванса.
Денег не осталось даже на хлеб.

Диана села на пол прямо посреди свежеокрашенного зала, обхватила колени руками и уставилась на старую печку. В квартире было холодно. Затопила печку. Огонь загудел, по жестяной трубе пошло тепло.

И в этот момент случилось странное. Диана подняла глаза на три синие стены, потом посмотрела на свои руки, пахнущие краской, потом на огонь. И сожаление вдруг отпустило.

Да, она совершила глупость. Да, деньги ушли на пузырь, а не на хаки. Но эта квартира уже не была чужой. Она пахла её краской, её ошибкой и её теплом. Это была не идеальная картинка из «Пинтереста», где всё по плану. Это была настоящая жизнь, где за красивую морскую волну пришлось заплатить бессонными ночами в баре и пустым желудком до аванса.

«Ладно, — вслух сказала Диана пустой квартире, глядя на незаконченную четвертую стену. — Будем считать, что это арт-объект. "Пустота, ждущая аванса"».

Она знала, что когда получит деньги, она купит этот чертов колер. Она смешает хаки с огненным, если придется, и нарисует на этой стене всё, что планировала.

Но ту историю про 14-е число она запомнит. И когда через год она будет сидеть в этом же зале, уже полностью готовом, пить чай и смотреть на свои идеальные стены, она не будет притворяться, что заработала их потом и кровью в режиме жесткой экономии. Она честно скажет себе: «Я чуть всё не профукала, потому что хотела радоваться жизни прямо сейчас. Но я всё равно вернулась, взяла кисть и доделала свой дом».

А пока огонь в печке грел её идеальный, но наполовину недостроенный зал, и это было самое честное чувство дома, которое у неё когда-либо было.