Вот и встретились два одиночества…

Во дворе у нас кошка живёт. Приблудилась с год назад и живёт. Кормим, куда денешься. В конце мая устроила лежанку прямо в дворовой печке и родила пятерых. Мы четверых раздали по объявлениям, пятого пришлось взять в дом, хотя уже была у нас кошка в доме.
А мамка его всё там же, во дворе. В сентябре опять заявилась поперёк себя шире, и тогда я ей сказал: котят твоих я в этот раз утоплю. Она всё поняла и исчезла на пару недель, вернулась стройной невестой.
Дикая она – даже гладиться не даёт. Ну разве что терпит, когда вынесешь ей пожрать – она ест, урчит, вот тогда разрешает и погладить.
Но она постоянно рядом с нами. Я по делам своим туда-сюда сную, а она всю дорогу под ногами путается. Остановлюсь, руками делаю что-нибудь, она рядом сидит, наблюдает.
Собакам хуже. Многие с рождения почти до смерти проводят на цепи всю жизнь. Да, их кормят хозяева. Не понимают, что псина может неделю голодать, а компания ей важнее жратвы. Цепные долго не живут, их тоска убивает.
Они же как люди. Просто кошки и собаки не умеют говорить, и не знают такого слова: одиночество. А люди знают и даже придумывают разные теории.
Есть такое направление в философии и литературе – экзистенциализм. Откроешь какую-нибудь энциклопедию – и заблудишься в толкованиях. Много длинных слов, заумь.
На самом-то деле всё тут просто. Сартр изрёк своё знаменитое «L’enfer c’est les autres» (Ад – это другие люди). Вот это оно самое и есть: одиночество. Ты в этом мире один, и никто никогда тебя не поймёт.
Принято считать, что экзистенциализм в литературу принесли французы после Большой Войны. Ну в самом деле: тот же Сартр, Камю считаются отцами этого течения. Но, по сути, они просто поляну застолбили, ведь и до них были серьёзные исследования этой проблемы. Взять хоть Достоевского, например.
Однако должен признать: именно во французской литературе одиночества больше, чем в других. Англосаксы точно с ними не сравнятся, их всегда другие темы волновали.
И всё же есть ещё одна национальная литература, где экзистенциализмом пропитано всё насквозь, от первого вздоха до последнего. Литература, в которой одиночество не просто данность, но также и эстетика – в отличие от французов.
Я о японцах, хотя они на этой поляне как бы чужие.
Если в глубь смотреть, именно японцы изобрели экзистенциализм. Точнее, он у них сам изобрёлся. «Не мы такие – жизнь такая» – «Сиката-га най». В японском языке это одна из расхожих фраз. Значит она вот что: «Ну да, вот так устроен мир, ничего не поделаешь, но жить-то дальше как-то надо…»
Разница между двумя экзистенциализмами, французским и японским, конечно, есть.
Француз своё одиночество выставляет напоказ, он им бравирует. Он демонстративно страдает.
Японец держит его в чулане.