Зовут её Кристина, ей сорок два года. Работает учителем в школе, преподаёт физику и математику у старшеклассников. Кстати, может, и тебя подтянуть, — потрепав меня по голове с усмешкой, сказал отец.

— Прикольно, а чем она помимо работы занимается?

— Да особо ничем… Верующая она, в церковь какую-то ходит, но не нашу. У неё там какая-то своя вера.

— Сектантка что ли? — с настороженностью в голосе спросила я.

— Не знаю, я не интересовался как-то… Да и всё равно мне, она не фанатик. Из дома ничего не тащит, деньги туда не отчисляет, никого не зазывает. Ходит и ходит, мне не жалко.

— Ты смотри аккуратнее будь, как бы она тебе мозги не запудрила…

В этот момент папа рассмеялся. Этот смех можно было понять. До моего рождения он десять лет проработал в полиции и сам мог кому угодно запудрить мозги.

— Ой, насмешила, — продолжая хихикать и вытирая глаза от слёз, сказал он. — Не переживай, солнце моё, всё будет хорошо! В ближайшее время постараюсь вас познакомить.

— Хорошо, — улыбнулась я в ответ.

— Я пойду дальше сериал посмотрю немного и буду ложиться спать потихоньку.

— Давай, я в душ схожу и тоже на боковую.

Комнату озарял только свет от телевизора, с мелькающими на нём персонажами. Телефон лежал на тумбочке, подключённый к зарядке, а мои глаза начали непроизвольно закрываться, намекая мне, что пора бы ложиться спать.

Перед сном я решила уточнить у папы, в какую всё-таки церковь ходит Кристина, и выползла из своей комнаты. Минуя коридор, я открыла дверь в спальню. Папа мирно посапывал под пледом, отвернувшись в сторону открытого окна, из которого подувал прохладный сентябрьский ветер. Он всегда спал с открытыми окнами, потому что ему вечно было жарко. Исключением являлась только зима. Мама ворчала на него, потому что была полной противоположностью — ей вечно было холодно.

Не став его тревожить, я аккуратно вышла и начала закрывать дверь, но мой взгляд зацепился за книгу, лежавшую на прикроватной тумбочке. Сколько себя помню, папа никогда не был большим фанатом книг и чтения в целом, так что мне стало интересно — какое же произведение смогло его заинтересовать. На цыпочках я прокралась вдоль кровати прямиком к тумбочке. Судя по потрёпанному переплёту, книга была очень старой. Где-то посередине ветхих страниц торчала импровизированная закладка из сложенного вдвое листочка бумаги, а на обложке кое-как проглядывалось почти стёртое название: «Основы оккультных наук».

Моя рука невольно потянулась к этому раритету, но в момент её перехватила рука папы.

— Не трогай! Иди спать, — строго, но в то же время спокойно сказал отец. В его глазах читался страх и некая злоба.

Окинув его озадаченным взглядом, я молча вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Блуждая в мыслях о произошедшем, я не заметила, как провалилась в сон.