— Дочь, я дома! — донеслось из коридора нашей квартиры.

— Хорошо, пап, ужин на столе, — ответила я, не отрываясь от сериала, который украл у меня уже не один десяток часов жизни. Уроки я давно выучила, так что весь оставшийся день был в моём распоряжении. Тёплая пижама, горячий чай с мёдом, плед и любимый сериал — что может быть лучше в холодный осенний вечер? Учусь я в десятом классе, так что напряга по учёбе особо нет. Экзамены за девятый класс позади, а до одиннадцатого ещё не скоро.

Дверь в мою комнату скрипнула, и в проёме показался папа.

— Надо бы её смазать, — стоя в дверях и ковыряя петли пальцем, сказал он.

— Ты это уже полгода говоришь, — с улыбкой прикалываюсь над ним я и вылезаю из-под пледа.

— Ой, не ворчи, пошли кушать, я уже всё положил.

— Да иду я, иду.

Мягкие домашние тапочки приняли меня в свои объятья и направились на кухню. Маленькое, но уютное помещение озаряла люстра с лампочками желтоватого оттенка, половина из которых давно перегорела. На столе стояли две тарелки с макаронами и плавящимся сыром, в которые папа заботливо накладывал котлетки.

В последнее время такой простенький ужин стал для нас нормой. С тех пор как умерла мама, баловать нас кулинарными шедеврами было некому. Папа вечно на работе, а я большую часть времени предоставлена сама себе. Мы держались друг друга. Поддерживали и помогали. Я стараюсь брать на себя те домашние хлопоты, которыми раньше занималась мама, а папа устроился на вторую работу, чтобы поддерживать стабильное финансовое состояние нашей семьи.

— Пап, я хочу поговорить кое о чём, — аккуратно сказала я, положив вилку на стол, не притронувшись к еде.

— Что такое? — поднял он на меня удивлённый взгляд и перестал жевать.

— Пап, с момента гибели мамы прошло уже пять лет и… В общем, я уже взрослая девочка и всё понимаю. Может, ты поищешь себе кого-нибудь?

— Дочь, я…

— К тому же через два года я уеду учиться, не хочу, чтобы ты один оставался, — не дав договорить, выпалила я.

Мои губы немного поджались, и всё моё тело непроизвольно напряглось, словно его сжали стальными тисками. Я не знала, какой реакции ждать от папы на моё предложение, потому что с мамой в браке они прожили двадцать лет, и он безумно сильно любил её.

— Алин, на самом деле я очень рад, что ты сама начала этот разговор…

Он положил вилку в тарелку, придвинулся ко мне и опёрся руками на колени, наклонившись в мою сторону. Тяжёлый вздох вырвался из его рта, а в глазах читался испуг и вина.

— Я не знаю, как тебе сказать… В общем, я уже полгода встречаюсь с одной женщиной. — Он опустил взгляд в пол. — Извини, что не сказал раньше, я просто не знал, как ты отреагируешь.

Взрыв эмоций захватил мою голову. По большей части я не совсем понимала, что чувствую, но одно я знала точно — я за него рада.

— Это же замечательно! — в лёгком недоумении сказала я, не скрывая улыбки.

— Правда? И ты не против?

— Нет, конечно, что ты! Если ты счастлив, то я буду этому только рада!

— Спасибо, милая…

Он встал, аккуратно обнял меня. В тот момент я чувствовала, как сердце в его груди бьётся со скоростью света.

— Ну ты чего? — с некой заботой в голосе сказала я и обняла его в ответ.

— А когда ты нас познакомишь? И вообще расскажи мне о ней хоть что-нибудь, мне же интересно!

Папа рассмеялся и сел обратно на стул, смотря на меня добрым взглядом и всем своим видом выражая благодарность.

— Скоро познакомлю, не переживай. Давай с ужином закончим, и я тебе всё обязательно расскажу, хорошо? А то уже всё остыло.

— Ладно, уговорил, — ответила я, и мы продолжили семейный ужин.

Спустя примерно двадцать минут папа заваривал чай, а я домывала посуду.

— Спасибо, было очень вкусно!

— Да ладно тебе, обычные макароны с сыром.

— Знаешь, доча, их тоже надо уметь приготовить.

Я улыбнулась и выключила воду.

— Ну что, пошли пить чай. Заодно расскажешь мне про эту женщину.

— Пошли, пошли, любопытная ты моя.