Право на «мне трудно»

Частый случай – родители не признают, что ребенку где-то в чем-то трудно. Вместо разбирательства, что именно не так, с чем это связано, и с чем помочь, они начинают примерно такую моральную обработку:

Трудно?! Ой, не надо вот этого, не придумывай! Давай, нечего тут! Ты должен/должна! Мне тоже трудно и чего теперь?!

Этим у ребенка фактически отнимается право на то, что он с чем-то действительно может не справляться или плохо справляться. При столкновении с объективными фактами давление продолжается: Тебе трудно не потому, что это трудно, а потому что ты слабый/слабая (какой-то не такой/не такая)! 🫵

Становясь старше, люди уносят эту модель с собой, и переносят на тех, с кем создают отношения. Получается, применяют ее «против» себя и не только.

«Против» тут в кавычках потому, что сами-то они считают это правильным и во благо. Реально же блага тут мало, вреда гораздо больше. Мы получаем неадекватные ожидания от другого, неадекватное отношение к своим силам и их затратам, глупый трудоголизм не ради труда и результата от него, а потому что ДОЛЖЕН.

Так несложно довести себя (или не себя) до преждевременной смерти. И если кто-то перегружается действительно настолько, что уже всё, то ожидающе-требующая сторона может горевать, но принижать его и дальше: Это все потому что он слабый/не такой, поэтому стресс, здоровье свое запустил…

Да уж, «Порою люди, не желая зла, вершат настолько черные дела…». (с) 🫤

Любому может быть и бывает в чем-то действительно трудно, и человек не справляется, или кое-как вроде справляется, но слишком разрушается. Тут как в адекватных физических тренировках: нагрузка должна развивать человека, а не разрушать. Вне зависимости от чьего-то мнения.

Константин Ларин