Катастрофизация

Второй иррациональный механизм по Эллису — катастрофизация: приписывание событию завышенно негативного исхода, не имеющего под собой реальной почвы.

Важная методологическая оговорка сразу: работа с катастрофизацией — не обесценивание реально тяжёлых ситуаций. Смерть, тяжёлая болезнь, утрата — это объективно серьёзные события, и клиническая задача здесь не в переоценке их значимости, а в поддержке горевания и адаптации.

Катастрофизация как мишень для работы — это именно несоразмерность реакции масштабу события в ситуациях, которые сам клиент в спокойном состояни оценил бы как неприятные, но не катастрофические. Опоздание, ошибка в работе, неловкость в разговоре, отказ — вещи, которые попадают в категорию «ужасно» и «кошмарно» без реальных на то оснований.

Цитата Марка Твена хорошо иллюстрирует механизм: «Я пережил множество катастроф в своей жизни. Большинство из них никогда не случались» — то есть предсказанный катастрофический исход в большинстве случаев банально не реализуется.

Практический инструмент — вопрос о реальной вероятности и реальных последствиях: что конкретно произойдёт, если наихудший сценарий всё-таки случится, и насколько это действительно необратимо по сравнению с тем, что квалифицируется словом «катастрофа» в его прямом значении. Задача — не убедить клиента, что всё в порядке, а откалибровать масштаб реакции под масштаб события.