Травма покинутого ребенка у взрослого мужчины. Что делать маме.
Когда отец добровольно и методично исчезает из жизни детей после развода, первая реакция общества — повесить на него клеймо негодяя или безответственного инфантила. Но психология смотрит глубже и видит за этим поступком не злую волю, а травму. Перед нами чаще всего мужчина с патологической непереносимостью близости, которую он может поддерживать только в идеализированном, слитном виде.
Развод для такой психики означает полную потерю себя. Брак разбил его иллюзию о собственной неуязвимости и грандиозности. Чтобы собрать себя обратно по кусочкам и выжить, ему пришлось применить радикальный психологический механизм защиты — отсечь все, что напоминает о бракованной, как ему кажется, части его биографии. Дети оказались заложниками этого внутреннего раскола. Для его психики проще объявить их чужими, вычеркнуть из реальности, чем ежедневно признавать масштаб своего жизненного провала и соприкасаться с болью от потери семьи.
Здесь кроется ключевой момент, который часто упускают. Во многих созависимых браках бывший муж находился в глубоком слиянии с бывшей женой. Он любил не реального человека, а свой комфортный образ матери своих детей. Сами дети при этом были не отдельными личностями, которых нужно видеть, слышать и выдерживать эмоционально, а лишь контекстом, декорацией этих отношений. Они выполняли функцию подтверждения его статуса хорошего отца и семьянина. Как только статус изменился на «бывший», функция декорации исчезла. Раз нет жены, ради которой этот фасад поддерживался, то и необходимость в детях как в приложении к ней отпадает сама собой. Психика просто стирает лишнее, чтобы сэкономить энергию на выживании эго.
Что важно понять маме в этой точке, чтобы не разрушиться самой и не дать рухнуть детям. Первое: это не дети недостаточно хороши, талантливы или ласковы, чтобы их любили. Это взрослый человек оказался катастрофически не способен выдержать объем реальной, требовательной детской любви и ту пустоту, которая образовалась внутри него самого. Второе: ожидание звонка, сборы к двери каждые выходные в надежде, что папа вот-вот напишет, формируют у ребенка токсичный, тревожный тип привязанности. Каждый несостоявшийся визит становится микротравмой отвержения. Ваша главная задача сейчас — прервать эту цепь разочарований любым способом. Третье: ваша гиперкомпенсация, попытка стать ребенку одновременно и мамой, и папой, быстро приведет вас к полному выгоранию, а ребенка задавит чувством вины перед вами.
Ваша терапевтическая задача сейчас — перестать быть функцией папы версии два ноль. Вам нужно стать контейнером для детских чувств. Дайте им полное право злиться на отца, разрешая эту агрессию дома, здесь и сейчас, чтобы она не ушла в необъяснимые болезни, тики или проблемы со сном. Проговаривайте правду простыми словами, но без оскорблений в адрес бывшего мужа, иначе ребенок будет считывать это как нападение на половину самого себя. Наша цель — вернуть детям базовое чувство безопасности мира, когда один из главных взрослых внезапно оказался ненадежным. Если ситуация повторяется раз за разом, обнуляя ваши попытки выстроить стабильность, значит, работать предстоит не с бывшим мужем, а с вашей системой мама-дети. Записывайтесь на диагностическую сессию, ссылка находится в шапке профиля.
Когда отец добровольно и методично исчезает из жизни детей после развода, первая реакция общества — повесить на него клеймо негодяя или безответственного инфантила. Но психология смотрит глубже и видит за этим поступком не злую волю, а травму. Перед нами чаще всего мужчина с патологической непереносимостью близости, которую он может поддерживать только в идеализированном, слитном виде.
Развод для такой психики означает полную потерю себя. Брак разбил его иллюзию о собственной неуязвимости и грандиозности. Чтобы собрать себя обратно по кусочкам и выжить, ему пришлось применить радикальный психологический механизм защиты — отсечь все, что напоминает о бракованной, как ему кажется, части его биографии. Дети оказались заложниками этого внутреннего раскола. Для его психики проще объявить их чужими, вычеркнуть из реальности, чем ежедневно признавать масштаб своего жизненного провала и соприкасаться с болью от потери семьи.
Здесь кроется ключевой момент, который часто упускают. Во многих созависимых браках бывший муж находился в глубоком слиянии с бывшей женой. Он любил не реального человека, а свой комфортный образ матери своих детей. Сами дети при этом были не отдельными личностями, которых нужно видеть, слышать и выдерживать эмоционально, а лишь контекстом, декорацией этих отношений. Они выполняли функцию подтверждения его статуса хорошего отца и семьянина. Как только статус изменился на «бывший», функция декорации исчезла. Раз нет жены, ради которой этот фасад поддерживался, то и необходимость в детях как в приложении к ней отпадает сама собой. Психика просто стирает лишнее, чтобы сэкономить энергию на выживании эго.
Что важно понять маме в этой точке, чтобы не разрушиться самой и не дать рухнуть детям. Первое: это не дети недостаточно хороши, талантливы или ласковы, чтобы их любили. Это взрослый человек оказался катастрофически не способен выдержать объем реальной, требовательной детской любви и ту пустоту, которая образовалась внутри него самого. Второе: ожидание звонка, сборы к двери каждые выходные в надежде, что папа вот-вот напишет, формируют у ребенка токсичный, тревожный тип привязанности. Каждый несостоявшийся визит становится микротравмой отвержения. Ваша главная задача сейчас — прервать эту цепь разочарований любым способом. Третье: ваша гиперкомпенсация, попытка стать ребенку одновременно и мамой, и папой, быстро приведет вас к полному выгоранию, а ребенка задавит чувством вины перед вами.
Ваша терапевтическая задача сейчас — перестать быть функцией папы версии два ноль. Вам нужно стать контейнером для детских чувств. Дайте им полное право злиться на отца, разрешая эту агрессию дома, здесь и сейчас, чтобы она не ушла в необъяснимые болезни, тики или проблемы со сном. Проговаривайте правду простыми словами, но без оскорблений в адрес бывшего мужа, иначе ребенок будет считывать это как нападение на половину самого себя. Наша цель — вернуть детям базовое чувство безопасности мира, когда один из главных взрослых внезапно оказался ненадежным. Если ситуация повторяется раз за разом, обнуляя ваши попытки выстроить стабильность, значит, работать предстоит не с бывшим мужем, а с вашей системой мама-дети. Записывайтесь на диагностическую сессию, ссылка находится в шапке профиля.