Молчишь? Теперь не ты на троне,
Ты не король, тебя здесь нет.
Забыт по собственной же воле,
Ты просто смертный, пепел, след.
В тебе не видят прежней мощи,
Ты не оставил в мире след.
Твой трон пустой, во мраке нощи
Лежит корона — на столе!
Её касался лишь мертвец,
Что, как и ты, не верил в Бога.
Решил он: «Вере здесь конец!
Я царь, я власть, моя дорога!
Здесь Бога нет, здесь нет мгновений,
Корона только у меня!
Я Бог! Я царь своих владений!
В моих руках твоя судьба!»
Его послушали мгновенно,
Склонились все, как пред бедой,
Но он не жаждал поклонений —
Он захотел владеть Землёй.
И встал он выше на ступени,
Взобравшись в воздухе над Нил.
«Я объявляю во Вселенной:
Я — Бог для вас, а вы — мой пыл,
Вы — лишь рабы в моей гордыне!
Вам не положено грустить!»
Но не было любви в том мире...
В нём разразился страшный грех:
Разврат, вражда, стальные гири,
В которых гибнет человек.
А тот глупец стоял над Нилом,
Паря, как ангел над землёй,
Кричал толпе с безумным пылом:
«Я Бог счастливый! Долой все правила!
Долой!» — и небо сжалось из-за гнева!
Сгустились тучи, грянул гром.
Молитва тихая шепталась
Под проливным тогда дождём:
«Прости их, Милый, Боже правый,
Прости безумца и меня…
Спустись же к нам, спаси нас грешных,
Ты есть,я верю лишь в тебя!"
И пала с мертвеца оправа,
Корону молнией кляня.
Упал на землю телом слабым,
А был силен, сильней огня.
И спала с головы корона.
Он без лица, но в каждом — он,
И каждый в ужасе находит
Себя среди чужих имён.
Никто теперь не правит троном,
Корона сломана слегка,
Погибли люди — но не стоном,
В себе узнали мертвеца.
Ты не король, тебя здесь нет.
Забыт по собственной же воле,
Ты просто смертный, пепел, след.
В тебе не видят прежней мощи,
Ты не оставил в мире след.
Твой трон пустой, во мраке нощи
Лежит корона — на столе!
Её касался лишь мертвец,
Что, как и ты, не верил в Бога.
Решил он: «Вере здесь конец!
Я царь, я власть, моя дорога!
Здесь Бога нет, здесь нет мгновений,
Корона только у меня!
Я Бог! Я царь своих владений!
В моих руках твоя судьба!»
Его послушали мгновенно,
Склонились все, как пред бедой,
Но он не жаждал поклонений —
Он захотел владеть Землёй.
И встал он выше на ступени,
Взобравшись в воздухе над Нил.
«Я объявляю во Вселенной:
Я — Бог для вас, а вы — мой пыл,
Вы — лишь рабы в моей гордыне!
Вам не положено грустить!»
Но не было любви в том мире...
В нём разразился страшный грех:
Разврат, вражда, стальные гири,
В которых гибнет человек.
А тот глупец стоял над Нилом,
Паря, как ангел над землёй,
Кричал толпе с безумным пылом:
«Я Бог счастливый! Долой все правила!
Долой!» — и небо сжалось из-за гнева!
Сгустились тучи, грянул гром.
Молитва тихая шепталась
Под проливным тогда дождём:
«Прости их, Милый, Боже правый,
Прости безумца и меня…
Спустись же к нам, спаси нас грешных,
Ты есть,я верю лишь в тебя!"
И пала с мертвеца оправа,
Корону молнией кляня.
Упал на землю телом слабым,
А был силен, сильней огня.
И спала с головы корона.
Он без лица, но в каждом — он,
И каждый в ужасе находит
Себя среди чужих имён.
Никто теперь не правит троном,
Корона сломана слегка,
Погибли люди — но не стоном,
В себе узнали мертвеца.