Невозможно что-то серьезно изменить в способах своего реагирования и организации жизни, если для этого нет высокой мотивации.

Что-то должно внутри дойти до точки перелома: отчаяния, порой сильного стыда или вины, разочарования.

Для тех, кто вполне себе справляется, хорошо психологически адаптирован, это может стать даже некоторой проблемой: нет мощного «движка» для изменений.

Вроде и хочется перемен, но как-то чтобы сильно ничего не менять, чтобы не тратить на это время, не рисковать особо.

Психологические изменения в совместной работе с психологом часто сопровождаются ощущением риска: ты не знаешь, каким станешь в итоге. Просто надеешься, что будет лучше.

Психотерапевтический процесс иногда сравнивают с тем, как ты ищешь через горящий лес. И поначалу никакого просвета за пылающими деревьями не видно. А психолог идёт рядом, говорит, что вроде — вот туда. Но не точно. Что точно — я буду идти рядом.

Но это значит, что вы по доброй воле сначала должны зайти в этот горящий лес.

Какая психическая энергия должна тащить этот процесс?

Поэтому чтобы двигаться в этой неопределенности, в неизвестности порой нужно дойти до какого-то провала, до кризиса. Когда старые способы справляться не работают, а новых еще нет. Когда внутри человек интуитивно знает, зачем ему это всё.

Люди, которые почти всю жизнь испытывают душевную боль (у кого есть серьезные психотравмы, расстройства эмоциональной сферы) парадоксальным образом тут находятся в более «выгодном» положении — их мотиватор всегда с ними. Страдание, боль, дезадаптивные способы поведения — их движок. Всегда есть «зачем».

Таков странный, но по-своему симпатичный баланс мотивации у людей с разным уровнем страдания в работе с психологом.