«Не будь жадной, отдай брату»: свекровь уже вызвала грузчиков за пианино дочери. Но Лиза принесла дедушкину тетрадь

Грузчики должны были приехать в пятницу. Я узнала об этом из сообщения, которое свекровь отправила в семейную группу. Между фотографией купленных яблок и поздравлением двоюродного племянника с днём рождения.
«Машину нашла. Пусть Оля освободит проход. Пианино тяжёлое, мальчики сказали, времени мало».
Я прочитала стоя, возле стиральной машины. В руках держала Лизин школьный жилет. На подкладке разошёлся шов, из кармана выпала пуговица. Маленькая, серая, с четырьмя дырочками. Я положила её на полку и перечитала сообщение.
Потом пошла в комнату.
Дочь сидела за пианино, не играла. Проводила пальцем по деревянной накладке над клавишами, обходя светлое пятно от старой царапины. Так делал её дед, когда проверял полировку. Лизе было девять, дедушки не было десять месяцев.
— Мам, смотри, — сказала она. — Если сбоку, видно, где он закрасил.
Я посмотрела. При дневном свете пятно почти исчезало, а под лампой становилось заметным. Николай Петрович подобрал лак не сразу. Потом решил оставить: говорил, инструменту позволено помнить возраст.
— Вижу.
— Можно не переделывать?
— Конечно.
Я ещё не знала, как сказать про грузчиков. Поэтому спросила, сделала ли она математику. Дочь кивнула и повернулась к нотам. На пюпитре лежала тетрадь в клетку, исписанная дедушкиным крупным почерком.

Полная история 👇