Лесная дорожка поросла мелкой травой, глина была слегка подсохшей, идти было хорошо и бесшумно. Я нес на плече карабин, в магазине 9 патронов и один в патроннике.
На каждом повороте дороги, где не было видно, что за углом, я снимал оружие с плеча и нес его наготове. Время было раннее, около десяти утра, солнце только-только начало прогревать воздух. Впереди дорожка пересекает один из притоков речки Южная Мальцевка и делает крутой поворот.
Карабин в руках, выхожу на прямую и вижу – в 30 метрах от меня медведицу и лончака - медвежонка прошлого года. Все в полной тишине, ни рыка, ни визга. Лончак бросается в заросли иван-чая на выруб возле дороги, а мамаша на меня.
Дальше все как кино, как в замедленном кино: медведица прыжками по четыре метра приближается ко мне, я стреляю, а в голове мысль: как красиво шкура у нее на солнце переливается. Страха не было абсолютно, но и не помню, сколько стрелял, куда целился. Один из выстрелов попадает зверю в ключицу, передняя лапа подламывается, зверь падает, перевертывается и оказывается лежащим ко мне задом на земле в четырех метрах.
Секунда, медведица вскакивает и снова бежит, но уже от меня. Дальше я все помню четко: как целился, как стрелял, видел, как хлестала кровь, и как зверь уполз в иван-чай.
С момента как я увидел зверей, прошло не более 10 секунд, и наступила тишина. Я по дороге отступил назад, метров на сто, сел на бревнышко, налил из термоса чай и тут у меня начался колотун. Час я не мог успокоиться, только затем пошел посмотреть на место охоты.
Оказывается, я успел выстрелить 8 раз, все выстрелы в цель, раны тяжелые, смертельные, но остановить зверя они не смогли, а только изменили траекторию его движения, и нападение стало бегством.
В иван - чай на выруб сходить с дороги один я не решился, вернулся в поселок вызвал товарища по охоте на медведей.
Вместе мы пошли по следу зверя.
Добытого зверя мы нашли в 40 метрах от дороги в густых зарослях иван-чая и кипрея. Медведица лежала головой к следу, до последней своей минуты ждала меня в засаде.