Когда болит шея, а лечить нужно мигрень 🔎
На приём обратилась пациентка 35 лет с жалобами на боль в шее. Боль почти ежедневная, преимущественно в области подзатылочных точек — в верхней трети шеи. Периодически усиливается и мало зависит от движений.
Пациентка сама врач. До обращения она долго лечила шею: ЛФК, массаж, упражнения, мануальная терапия. Принимала НПВС и миорелаксанты.
Эффект был минимальным, а боль со временем становилась всё чаще.
Пациентка пришла, чтобы понять, как лечить шею: какие упражнения делать и нужна ли мануальная терапия. При сборе жалоб вскользь упомянула: сначала болит шея, а затем «от неё» — голова.
Именно эта фраза оказалась самой важной.
При подробном расспросе выяснилось:
1. Головная боль возникает около трёх раз в неделю. Практически всегда начинается с шеи и распространяется вверх, на голову.
2. Иногда сопровождается тошнотой. Бывает настолько сильной, что приходится лечь.
3. Может длиться несколько часов и пройти после таблетки, а может сохраняться несколько дней. Однажды продолжалась почти неделю.
При этом головные боли беспокоят пациентку уже много лет. Раньше болела только голова — примерно с той же частотой. А за последний год с небольшим появилась ещё и боль в шее, на которую привычные методы лечения почти не влияли.
Обсудили стресс и нагрузки. С 2019 года пациентка испытывает регулярный стресс и примерно с этого времени отмечает ухудшение состояния. Боль в шее присоединилась значительно позже — около года назад.
Что показал осмотр?
Движения шеи свободные, ограничений нет. Компрессионные тесты шейного отдела отрицательные. Спровоцировать привычную боль в шее или головную боль движениями шеи не удалось.
В совокупности с историей жалоб это не давало убедительных оснований объяснять всю картину «остеохондрозом» или цервикогенной головной болью. А слово «цервикалгия» лишь описывает боль в шее, но не объясняет её причину.
Наиболее вероятной причиной была мигрень. Чтобы уточнить, является ли она хронической, нужно отдельно посчитать количество дней с головной болью в месяц и уточнить её характеристики.
Боль в шее в таком случае может быть частью мигренозного приступа, а не его причиной. Поэтому здесь точнее говорить не о «шейной мигрени», а о мигрени, которая сопровождается болью в шее.
Кроме того, во время сильной головной боли у пациентки иногда возникают головокружение, нечёткость, вялость и ощущение пошатывания. Это повод подробнее расспросить о таких эпизодах, но само по себе ещё не подтверждает вестибулярную мигрень.
💡 Почему это меняет лечение?
Если боль в шее связана с мигренью, воздействие только на мышцы и суставы может не дать ожидаемого результата. Отсутствие эффекта от массажа или упражнений само по себе не доказывает мигрень — важна вся клиническая картина.
При такой частоте и тяжести приступов нужно обсуждать не только их купирование, но и профилактическую терапию. Один из её вариантов — некоторые антидепрессанты с противоболевым действием. Но это не единственный вариант: лечение подбирается индивидуально.
С пациенткой мы обсудили профилактическое лечение и то, как купировать приступы.
Этот случай — о том, как важно не останавливаться на жалобе «болит шея». Иногда ключ к пониманию боли находится в подробном разговоре о головной боли.
В продолжение видео про наше отделение расскажу, почему реабилитация начинается уже в реанимации.
Иногда задаются вопросом: человек ещё в реанимации — неужели уже пора что-то с ним делать, заставлять его как-то активничать? Неужели уже доходит дело до реабилитации?
По факту — да. Когда мы говорим о реабилитации, многие, наверное, представляют себе какие-то сложные процедуры, физиопроцедуры, кто-то — массаж, кто-то — капельницы, хотя, естественно, это всё не так. Кто-то может представлять себе беговые дорожки и сложные упражнения с гантелями и эспандерами.
На самом деле реабилитация — это улучшение функции. И для каждого она индивидуальна. Естественно, если пациент находится в реанимации в самом тяжёлом состоянии, то и для него возможно проводить реабилитационные мероприятия. Но для самых тяжёлых пациентов они будут самыми простыми.
То есть для пациентов реанимации даже самостоятельно повернуться на бок или взять салфетку, протереть себе рот, лицо этой салфеткой или просто взять бутылочку, открыть её и попить из неё — это уже достижение. И, соответственно, реабилитационные цели будут такими же.
Чаще всего в реанимации мы боремся за то, чтобы пациент понимал, где он находится, чтобы у него был нормальный сон, чтобы у него меньше болело, чтобы он, находясь в реанимации, не ухудшил своё состояние просто нахождением в этой реанимации.
То есть пациент должен нормально лежать, у него не должно быть таких проблем, как пролежни и так далее. Пациент должен понимать, как ему попросить то, что он хочет. И даже физические наши реабилитационные цели бывают самыми простыми. Например:
1. Самостоятельно повернуться.
2. Присесть.
3. Посидеть больше двух минут.
Естественно, в реанимации находятся самые тяжёлые пациенты, и у них больше всего проблем и противопоказаний к реабилитации. Поэтому, прежде чем лезть с головой в омут, мы начинаем с обследования: уточняем, нет ли у пациента проблем, которые ограничат нам возможности реабилитации. Например, активной пневмонии, активного эпизода кровоизлияния, тромбоза в ногах — то есть тех ситуаций, при которых реабилитация не будет уже такой безопасной. И только получив ответ, что всё безопасно, мы будем начинать реабилитацию.
В реанимации реабилитация идёт малюсенькими шажками. Даже небольшой результат — например, пациент может самостоятельно присесть, самостоятельно выполнить какую-то простую инструкцию — это уже большое достижение.
Или пациент перешёл из состояния глубокого оглушения, когда он неконтактен, не отвечает на наши вопросы и не выполняет наши инструкции, к тому, что он может выполнить простую вещь. Например, пожать руку по инструкции, приподнять её, указать пальцем на какой-то предмет. Это уже большое достижение, так как говорит о том, что пациент с нами, пациент активен, пациент пытается восстановиться.
Так что реабилитация — это не всегда про сложные действия. Иногда это просто минимальные достижения, которые уже дают пациенту шанс на более полноценное восстановление.
Для тех, кому было интересно, где я сейчас работаю, — немного про наше отделение.🏤
Это отделение ранней медицинской реабилитации Тульской областной клинической больницы. Основная наша работа проходит в реанимации: мы занимаемся тяжёлыми пациентами после инсульта, черепно-мозговой травмы и других заболеваний и повреждений, чаще всего связанных с головным мозгом.
Но работаем не только там - приходим к пациентам и в другие отделения: травматологию, пульмонологию, иногда инфекционные отделения. Всё же основное внимание — пациентам в реанимации, которым реабилитация нужна уже на этом этапе.
У нас полноценная команда: врач физической и реабилитационной медицины, инструктор-методист, физические терапевты, медицинский логопед, медицинский психолог, эрготерапевт и реабилитационный медицинский брат.
Каждый работает с пациентом со своей стороны. Общая цель — помочь человеку восстановиться настолько, насколько позволяет его состояние, и выйти из реанимации с максимально возможным уровнем самостоятельности.
«Первый Тульский» снял сюжет о нейрореанимации областной больницы, на базе которой мы в основном и работаем. В нём можно увидеть и наших коллег — медицинского логопеда Филимонову Людмилу Николаевну и физического терапевта Федотова Петра Сергеевича. Они как раз и рассказывают, как устроена наша работа.💪
Посмотрите — это возможность чуть ближе познакомиться с отделением и людьми, которые помогают нашим пациентам.🙏
Ссылка на видео:
https://vkvideo.ru/video-49246642_456265325