Экстрасенс-Нулеваяжертва.Часть1

Моя ванная комната плавала в сизом тумане — смесь пара, дешёвого виски и застоявшейся тоски. Анна сидела в остывшей воде, пустая бутылка валялась на кафеле. Она смотрела на свои руки, которые уже третий год не могли удержать ни одной настоящей мысли. Дар, когда-то бивший ключом, теперь глухо молчал, задавленный алкоголем.
— Я не хочу это чувствовать, — прошептала она, вновь поднося к губам край стакана. — Я больше не хочу.
Вода вдруг пошла рябью. Анна замерла. Холод коснулся её спины, хотя кран был закрыт. Она медленно подняла голову и увидела её в зеркале напротив.
Девочка. Лет двенадцать. Белое платье, которое когда-то было нарядным, а теперь казалось тяжёлым от крови. Ткань липла к худым ногам, с подола капало на пол — красное, густое, не смываемое водой. Кожа девочки была полупрозрачной, с синеватым отливом, а глаза — чёрные, без зрачков, смотрели прямо сквозь Анну.
Анна поперхнулась, виски обжёг горло. Она вцепилась в край ванны, стараясь не закричать.
— Ты… кто? — выдавила она.
Губы девочки шевельнулись, но звук пришёл отовсюду сразу — из стен, из воды, из самой темноты.
— Ты меня видишь. Значит, ты можешь помочь.
— Я ничего не могу. Я пью, чтобы ничего не видеть.
— Это не поможет, — ровно сказала девочка и шагнула ближе. Её ступни не касались пола. — Он убивает. Каждую ночь. Я пыталась показать другим, но они слепы. А ты видишь.
Анна отшатнулась, вода плеснула через край. Она чувствовала, как от девочки веет могильным холодом, и этот холод отрезвлял быстрее любой дозы.
— Кто «он»? О ком ты?
— Он живёт среди людей. У него длинные руки и пустые глаза. Он берёт нас, когда мы идём домой. Я была первой, но не последней. Там, в лесу, под старым дубом, — ещё три. А завтра будет ещё одна, если вы не остановите.
Анна зажмурилась, но видение не исчезло. Она била себя по щекам, пытаясь проснуться, но девочка стояла всё так же неподвижно, и из её платья струилась алая дорожка по белому кафелю.
— Полиция… — выдохнула Анна. — Я позвоню, найдём…
— Полиция видит только улики, которые он оставляет. Он всегда на шаг впереди. Ты должна поверить мне. Идём.
— Куда? Сейчас? Я голая, я пьяная…
— У тебя нет времени, — голос девочки дрогнул, став похожим на плач. — Ты слышишь? Я чувствую запах новой крови. Она ещё жива, но скоро… скоро он её накроет.
Анна вылезла из ванны, накинула халат, не вытираясь. Мокрая, дрожащая, она схватила телефон. Девочка стояла у двери, прозрачная, как утренний туман.
— Диктуй адрес, — Анна набрала 112, но девочка не назвала улицу.
— Просто иди за мной. Я покажу.
В коридоре Анна застыла. Девочка обернулась, и в свете тусклой лампочки Анна наконец увидела её лицо — не просто бледное, а разбитое: сломанный нос, синяки на шее, запёкшаяся кровь на виске. Это была жертва. Настоящая.
— Ты… ты знаешь, кто он? — прошептала Анна.
— Он забирает тех, кто никому не нужен. Сирот. Беглецов. Прохожих. Он думает, что никто не ищет нас. Но я ищу… Я ищу помощь для других, кто ещё жив.