Сын

Ильдар с детства любил запах, исходивший от одежды отца, вернувшегося с работы. Чтобы вволю насладиться ароматом, шел в ванную и крутился возле матери, которая замачивала отцовскую спецовку. Подолгу смотрел на тонкую пленку, покрывавшую воду и одежду, — в свете электрической лампочки она переливалась всеми цветами радуги.
Лишь когда мальчик подрос, узнал, что радужная пленка — это нефть, что это ее запах так нравился ему (в те годы нефть была еще без примеси серы).
Отец часто брал Ильдара с собой на скважины. Мальчику было очень интересно, ведь подземники сегодня работают на одной скважине, завтра — на другой, поэтому каждая поездка отличалась от предыдущей. О том, кем он мечтает стать, можно было и не спрашивать — и так все ясно.

Закончив нефтяной техникум, в 1981 году Ильдар Хуснуллин пришел оператором на нефтепромысел № 4. После трех лет службы в армии вернулся в «Альметьевнефть» и продолжил работать оператором по добыче нефти. Время от времени отец говорил сыну:

— Наберись немного опыта, получи закалку, а потом придешь к нам, в цех подземного ремонта скважин. Вот там настоящая мужская работа, там могут трудиться только сильные и выносливые...

Отец сдержал свое слово — в 1988 году Ильдар перешел в ЦПРС. А в 1989 году стал мастером подземного ремонта скважин.

И вот уже свыше двух десятков лет И. Хуснуллин трудится на этом посту, причем является одним из самых успешных и признанных мастеров подземного ремонта скважин. На территории, которую обслуживает его бригада расположены 500 нефтяных объектов.

— Скважины чем-то похожи на женщин, у каждой из них свой характер, — с нескрываемой любовью рассказывает о них мастер. — Одна то и дело капризничает, фыркает, то есть время от времени может фонтанировать. Другая — спокойная, неспешная, работает по своему графику. Порой бывает такое, что и спокойная может взбрыкнуть. Если вдруг захандрит скважина — мы, подземники, как доктора, спешим ей на помощь. Словом, к каждой из них нужен свой особый подход...

Бригады ПРС занимаются тем, что извлекают неисправное подземное нефтяное оборудование, отправляют его на ремонт в ООО «НКТ-Сервис», взамен опускают под землю другое, исправное, оборудование. Кроме того, мастер планирует работу на предстоящие сутки, несет ответственность практически за все: за организацию труда, качество ремонта и просто за каждого члена бригады.

А жизнь не раз испытывала подземников на стойкость, выдержку и терпение. Как-то зимой после долгой работы на морозе, изрядно продрогнув и перепачкавшись нефтью, зашли операторы в культбудку. Как обычно, пообедали. И тут один из подземников решил закурить. Только поднес спичку к папиросе, как на нем мгновенно вспыхнула одежда, и человек загорелся, словно факел. Хорошо, что ребята не растерялись — гуртом выскочили наружу и быстро закопали несчастного в снег. Так и спасли своего товарища. А потом поняли причину случившегося. Оказывается, на пострадавшем был свитер-самовязка из чистой шерсти, вот он-то и пропитался парами нефти. А когда оператор закурил, свитер загорелся...

За более чем двадцатилетнее руководство бригадой не было случая, чтобы Ильдар Каусарович кого-то уволил — если кто и уходит, то только по собственному желанию.

Наверное, в немалой степени такое постоянство является результатом особенностей характера И. Хуснуллина: простой в общении, открытый, щедрый на улыбки, нет в нем злопамятства, жадности или зависти. Зато имеется просто фантастическая преданность делу — на счету мастера восемь (!) неиспользованных отпусков. «Я не могу без ПРС, не представляю себе другой жизни», — признается он...

⬇️