На прошедшем Медиафоруме «Россия - Африка» прозвучал тезис, который…
На прошедшем Медиафоруме «Россия - Африка» прозвучал тезис, который на мой взгляд меняет привычную рамку разговора о суверенитете в контексте развития отношений с континентом. Генеральный директор ТАСС Андрей Кондрашов заявил:
Фактически вопрос поставлен иначе, чем прежде: если раньше суверенитет в отношениях с Африкой обсуждался почти исключительно через призму государственно-правовой субъектности, то теперь на первый план выходит способность общества воспроизводить собственные смыслы, ценности и картину мира, смелее их распространять. И это, на мой взгляд, очень важная и ценная призма обсуждения.
Однако реальная иерархия приоритетов в африканской политике многих стран по-прежнему выстраивается экономикой сколько бы каналов ни было открыто, и это главный вызов для любой стратегии, делающей ставку на ценности и смыслы. Но информационная независимость на пути к духовному суверенитету, безусловно, важный инструмент. Дискурс сместился.
В этом контексте отдельно интересно было бы глубже осмыслить роль РПЦ: менее чем за три года её присутствие расширилось с 4 до 34 стран, а число священнослужителей выросло до 270.
«Государственный суверенитет никогда и ни в коем случае не может считаться состоявшимся, если нет суверенитета духовного. А духовный суверенитет как раз и формируется на информационной независимости».
Фактически вопрос поставлен иначе, чем прежде: если раньше суверенитет в отношениях с Африкой обсуждался почти исключительно через призму государственно-правовой субъектности, то теперь на первый план выходит способность общества воспроизводить собственные смыслы, ценности и картину мира, смелее их распространять. И это, на мой взгляд, очень важная и ценная призма обсуждения.
Однако реальная иерархия приоритетов в африканской политике многих стран по-прежнему выстраивается экономикой сколько бы каналов ни было открыто, и это главный вызов для любой стратегии, делающей ставку на ценности и смыслы. Но информационная независимость на пути к духовному суверенитету, безусловно, важный инструмент. Дискурс сместился.
В этом контексте отдельно интересно было бы глубже осмыслить роль РПЦ: менее чем за три года её присутствие расширилось с 4 до 34 стран, а число священнослужителей выросло до 270.