Между нами. Истории

Можно прожить с человеком 15 лет и однажды решить, что в нём больше нечего открывать...

Ты знаешь, как он злится, что заказывает в ресторане, чего не любит, что скажет через минуту. Кажется, любовь никуда не делась — просто человек рядом стал слишком понятным.

И именно тогда особенно опасно встретить кого-то, с кем снова хочется говорить до ночи. Кого ещё нельзя предугадать. Перед кем неожиданно становишься остроумнее, смелее, откровеннее и словно возвращаешь себе давно забытую часть собственной жизни.

Но что, если дело вовсе не в том, что рядом с тобой оказался скучный человек? Что, если за годы брака вы оба просто перестали смотреть друг на друга внимательно и оставили друг другу только самые привычные роли?

«Другие мы» — новый роман на канале «Между нами» о браке, в котором появляется третья женщина. Умная, дерзкая, соблазнительная и настолько притягательная, что мужчина готов рискнуть ради неё всем, что строил пятнадцать лет.

Только эта история совсем не о банальном любовном треугольнике.
Потому что иногда самый опасный незнакомец — тот, кто много лет спит рядом с тобой.

И когда правда наконец откроется, уже невозможно будет просто решить, кто здесь предатель, а кто жертва.

📚 Все мои каналы с историями — здесь

Книга-сказка, в которой ваш ребенок - главный герой!

Большинство подарков ребёнок открывает, радуется — и через несколько дней забывает. Но что произойдёт, когда на обложке он увидит самого себя?

Сначала удивление.
Потом: «Это я!»
А затем книгу придётся рассматривать всей семье 😊

Персональная сказка создаётся по фотографии ребёнка. Его можно поместить в сказочный замок, подводное царство, рядом с любимой собакой или в другой сюжет.

Это тот редкий подарок, который одновременно удивляет ребёнка, занимает его и остаётся семейной памятью.

Подойдёт на день рождения, праздник, в детский сад или просто без повода — когда хочется подарить не очередную вещь, а эмоцию.

Напишите в сообщения и выберите сюжет будущей сказки:

Узнать цену

#реклама 16+
crm.easy-mo.ru
О рекламодателе

Серия 22

В годовщину той самой истории Миша случайно нашёл старый договор на страховку — тот файл, ради которого когда-то вообще открыл ноутбук.

— Представляешь, — сказал он Алине, — если бы я в тот вечер нашёл его сразу, ничего бы не произошло.

— Ты бы до сих пор думал, что наш чат — это только мемы и жалобы на носки.

— А ты бы до сих пор отправляла мои банковские уведомления.

— Возможно.

Они оба рассмеялись, но потом Алина стала серьёзной.

— Ты когда-нибудь жалеешь, что прочитал?

Миша подумал.

— Да. Потому что есть вещи, которые я до сих пор предпочёл бы не знать. И нет. Потому что иначе мы бы не поговорили обо всём этом.

— Очень удобный двойной ответ.

— У нас вообще после этой истории стало меньше однозначных ответов.

Вечером подруги снова собрались. Рита принесла старую фотографию из общежития, Оля купила торт, Женя сказала, что отказывается обсуждать, сколько калорий в креме.

Они вспоминали студенческие годы, первых работодателей, безумные поездки. Мужья возникали только как часть жизни, а не как постоянный предмет анализа.

Рита подняла бокал.

— Я раньше думала, что если подруга не рассказывает мне что-то важное, значит, мы отдаляемся.

Женя спросила:

— А теперь?

— Теперь думаю, иногда человек молчит именно потому, что уважает кого-то ещё.

Оля улыбнулась.

— Наконец-то наш чат научился существовать без полного доступа ко всем окружающим.

Домой Алина вернулась поздно. Миша не спал.

— Хорошо посидели?

— Да. И почти не обсуждали вас.

— Уже тревожно. Мы теряем влияние.

Алина села рядом.

— Миш, ты когда-то спросил, есть ли у нас в браке что-нибудь, что принадлежит только нам двоим.

— Помню.

— Теперь думаю, есть. Просто раньше я считала, что если мне тяжело от чего-то общего, я автоматически получаю право рассказать весь контекст.

— А теперь?

— Теперь сначала спрашиваю себя: что здесь моё? Мои чувства — мои. Мой страх — мой. Моя злость — моя. Но твой стыд, твои медицинские вещи, твои признания — уже не полностью мои.

Миша улыбнулся.

— Звучит почти как инструкция.

— Только работает не всегда.

Телефон завибрировал.

Рита написала:

«Девочки, Паша сегодня сделал такое…»

Через секунду сообщение исчезло.

Появилось другое:

«Ладно, это его история. Лучше скажите, у кого завтра есть время на кофе. Мне просто надо пожаловаться на жизнь».

Женя ответила:

«Вот теперь можно».

Оля: «Жизнь согласие дала?»

Алина показала экран Мише.

— Видишь? Мы всё-таки обучаемые.

Он вернул телефон.

Когда-то фраза «это между нами» казалась ей почти магической. Будто достаточно произнести её — и вокруг разговора появляется невидимая стена.

Теперь Алина знала: никакой стены нет.

Есть только человек, который в какой-то момент решает, что может вынести наружу, а что должен оставить там, где услышал.

Потому что близость — не право знать всё.

И не право рассказывать всё.

Иногда самое важное доверие начинается с очень простой мысли:

«Это было сказано не тебе».

Конец.

📚 Все мои каналы с историями — здесь

Подписаться на канал Ивана

✨ Этот мужчина продолжает гасить кредиты пенсионерам и простым семьям!

✅ Он запускает акцию для всех новичков в своём канале. С сегодняшнего дня вы можете подписаться на канал , написать Ивану лично и следовать его условиям, чтобы получить выплату. Подписка абсолютно бесплатная!

👍 Канал Ивана создан для людей, которые хотят изменить своё финансовое положение. Иван бесплатно набирает в свою команду новичков и даёт возможность зарабатывать вместе с ним. Участники команды Ивана получают стабильный доход, раньше времени гасят долги и закрывают кредиты!

Подписаться

#реклама 16+
max.ru
О рекламодателе

Папа упустил из вида такую незначительную дату, как пятидесятилетие собственной свадьбы.

Машину надо помыть, зефир купить, книгу дочитать, а тут ещё «Зенит» скоро играет. В общем, закрутился . Запамятовал. Как делал все предыдущие пятьдесят лет. Ничего особенного. Традиция.

По этому поводу мама решила устроить папе торжественный, юбилейный разнос. С небывалым размахом и особыми почестями.

Минут сорок она громко интересовалась у него, как он мог забыть, что ему на все наплевать, такое событие, другие по три дня гуляют, а он даже не вспомнил!

Когда мама успокоилась и пошла готовить обед, папа сказал, что нехорошо получилось, зачем маму расстраивать, надо было обязательно поздравить.
Потом подошёл ко мне и поинтересовался :

- Я только одного не понял : а чья свадьба-то ?

Автор: Сергей Дединский

📚 Все мои каналы с историями — здесь

Серия 21

Прошёл почти год. «Это точно можно рассказывать?» продолжал жить, но иначе. Женщины по-прежнему спорили, жаловались, иногда говорили лишнее и потом извинялись. Никаких идеальных правил они так и не придумали.

Однажды Женя написала:

«У нас с Артёмом важный разговор. Подробностей пока не будет. Просто пожелайте не сорваться».

Рита ответила: «Не сорвись».

Оля: «Если сорвёшься, хотя бы не записывай стенограмму».

Через два часа Женя написала, что они решили пока окончательно отказаться от идеи второго ребёнка и вернуться к ней только если желание появится у обоих.

«Он расстроен. Я тоже, хотя вроде сама этого хотела. Но впервые никто не делает вид, что всё просто».

Оля ответила: «Горжусь вами».

Алина заметила, что никто не начал обсуждать Артёма, его возможную обиду или «правильность» решения. Подруги говорили только с Женей и о Жене.

У Риты с Пашей тоже постепенно вернулось доверие. Он сам рассказывал то, что хотел, и иногда прямо говорил:

— Это можешь вынести на женсовет, мне всё равно.

А иногда просил оставить между ними.

Оля и Семён не пришли к единому мнению о старой переписке. Он по-прежнему считал, что у человека должно быть право знать, что о нём говорили близкие. Она считала, что не каждую старую мысль нужно превращать в публичный отчёт перед супругом.

Они просто научились жить с разногласием.

У Алины с Мишей тоже не стало идеально.

В один из вечеров он снова начал давать советы про её работу, Алина разозлилась и почти открыла чат. Потом остановилась.

— Я хочу сейчас пожаловаться девочкам, — сказала она прямо.

Миша поднял бровь.

— Уже страшно.

— Но сначала скажу тебе: меня опять бесит, что ты решаешь вместо меня.

Он вздохнул.

— Хорошо. Давай сначала разберёмся здесь.

Они поспорили ещё двадцать минут.

Потом Алина всё равно написала подругам: «Мы опять поссорились из-за его спасательства. Но поговорили. Пока живы».

Рита ответила: «Скучно. Где скандал?»

Алина улыбнулась.

Миша заглянул через плечо.

— Вот это можешь цитировать полностью.

— Разрешение зафиксировано.

Он усмехнулся.

И в этот момент Алина поняла, что главное изменение произошло совсем не в количестве секретов.

Они просто перестали считать близость автоматическим правом знать всё или рассказывать всё.

Иногда близость означала наоборот — удержаться от лишнего вопроса.

Или от лишней подробности.

📚 Все мои каналы с историями — здесь

Грант на переподготовку по кризисной психологии

В России резко вырос запрос на помощь при ПТСР. Эксперты отмечают: именно кризисные психологи помогают справляться с тяжёлым стрессом, посттравматическими состояниями и социальной адаптацией.

Кадровый дефицит остаётся серьёзным: на сотни тысяч нуждающихся приходится лишь несколько тысяч специалистов, и помощь доступна не всем.

НЦРДО объявил набор на программу «Кризисный психолог».

✅ Научим работе с ПТСР, психологической и боевой травмой
✅ Обучение длится 4 месяца
✅ Диплом соответствует гос. требованиям
✅ Консультации по трудоустройству, помощь с первыми клиентами и развитием практики

Институт делает скидку на обучение по направлению кризисный психолог. Количество ограничено. Успейте оставить заявку на сайте!

Подать заявку

#реклама 16+
psy.ncrdo.ru
О рекламодателе

Серия 20

На общей встрече спустя несколько месяцев неловкости почти не осталось. Паша сам шутил про свою тревожность, Семён спорил с Олей о соусе, Женя с Артёмом обсуждали отпуск. Миша сидел рядом с Алиной и вдруг подумал, как странно: каждый человек за этим столом знает о другом меньше, чем иногда хотелось бы, и больше, чем другому было бы комфортно.

Паша поднял бокал.

— Предлагаю официально: сегодня никто не цитирует женский чат и мужские гаражные разговоры.

Семён удивился:

— А у нас был мужской чат?

Миша ответил:

— После этой истории я решил, что лучше даже не заводить.

Все рассмеялись.

Позже Семён подошёл к Мише на балконе.

— Я всё-таки иногда думаю, что хотел бы увидеть, что Оля писала. Не потому что собираюсь с ней ругаться. Просто хочется знать, каким я был в её глазах.

— А если увидишь только худшие дни?

— Вот поэтому и не прошу больше.

Миша кивнул.

— Я прочитал именно так. Как будто получил доступ к архиву худших версий себя.

Семён усмехнулся.

— Может, хорошо, что у нас такого архива нет.

— Не уверен. Возможно, где-то есть устный.

Они оба засмеялись.

Дома Алина спросила:

— Ты сегодня что-нибудь понял новое?

— Да. Что я больше не хочу знать всё.

— Большой прогресс для человека, который однажды прочитал чужой чат.

— Именно поэтому.

Алина открыла группу и написала: «Сегодня был хороший вечер. Все были нормальные. Даже мужья».

Рита ответила: «Скриню».

Алина: «Только попробуй».

Через минуту чат заполнился смеющимися смайликами.

Впервые он снова ощущался не складом компромата, а просто местом дружбы.

На следующий день коллега Алины случайно заметила название группы на экране телефона.

— «Это точно можно рассказывать?» Господи, какое жизненное название. У вас там тайный женсовет?

Алина улыбнулась.

— Уже не такой тайный.

Коллега рассмеялась и ушла.

Алина ещё несколько секунд смотрела на экран.

Слово «тайный» теперь звучало для неё иначе. Раньше она думала: если круг маленький, значит, всё безопасно.

Теперь понимала: размер круга вообще ничего не гарантирует.

Можно рассказать одному человеку и предать доверие.

Можно рассказать троим и не нарушить ничьей границы.

Всё решает не количество слушателей, а то, чью часть жизни ты принёс с собой в разговор.

И впервые эта мысль показалась ей не ограничением, а облегчением.

Потому что не надо молчать обо всём.

Надо просто научиться различать, где заканчивается твоя боль — и начинается чужая тайна.

📚 Все мои каналы с историями — здесь

Kогда я училась в Университeте на психфаке, один из наших преподаватeлей сказал: «родители всегда не правы, но у вас есть выбор какую жизнь вы хотите прожить, и этот выбор у вас есть благодаря вашим pодителям».

У наших родителей была не самая простая жизнь. Я хорошо помню свое детство. Я помню, как мама и бабушка кипятили белье и стирали его вручную. Я помню, как мы жили когда родителям по полгода не платили зарплату. И я помню, зиму, когда у нас не было никакой еды, кроме картошки и консервированных овощей с дачи. Я помню, как плакала моя мама, когда в школе украли мою сменную обувь и не было денег, чтобы купить новую.

У наших родителей слишком много сил уходило на то, чтобы у нас было время. Чтобы мы учились, чтобы наша жизнь была не такой, как у них. Да, они жили неправильно. По нашему мнению. Но наше правильное, отдыхом в санатории, с походами в музей, с путешествиями, с книгами и саморазвитием выросло на их картошке. И на этом картофельном поле среди своих таких же подруг они научились быть счастливыми. А наша задача поливать свой огород, и уважать то, что сделали другие. Для начала уважать. А потом благодарить. И только после этого начинается взрослость.

Автор: Елена Пастернак

📚 Все мои каналы с историями — здесь

Серия 19

В годовщину создания старого чата Рита прислала фотографию: четыре совсем молодые девушки сидят на полу в общежитии среди коробок пиццы и пластиковых стаканов.

«Вот с чего всё началось. Мы уже тогда обсуждали всех подряд».

Женя ответила: «Мы тогда не знали слово “границы”».

Оля добавила: «Зато отлично знали слово “идиот”».

Алина рассмеялась.

Вечером они встретились в кафе. Мужья почти не фигурировали в разговоре. Работа, отпуск, дети, родители, странные коллеги — оказалось, дружбе хватает тем и без бесконечного разбора отношений.

В какой-то момент Оля сказала:

— Я раньше думала: если мы перестанем обсуждать мужей, нам будет нечего говорить.

Рита бросила в неё салфеткой.

— Спасибо за высокую оценку десятилетней дружбы.

— Я серьёзно. Просто раньше половина наших разговоров была: «Он сказал», «он сделал», «как вы думаете, что он имел в виду».

Женя улыбнулась.

— Коллективный брак на четырёх.

Рита подняла бокал.

— Знаете, я всегда считала, что настоящая дружба — это когда можно рассказать всё.

Алина спросила:

— А теперь?

— Теперь думаю, настоящая дружба выдерживает и то, что ты не рассказываешь.

Они замолчали. Фраза была слишком точной для шутки.

Домой Алина вернулась поздно. Миша смотрел фильм.

— Хорошо посидели?

— Очень.

— Меня обсуждали?

— Немного. Рита сказала, что Паша храпит.

— Государственная тайна раскрыта.

Алина села рядом.

Через несколько минут Миша спросил уже серьёзнее:

— Ты теперь вообще ничего личного обо мне им не рассказываешь?

Она подумала.

— Рассказываю. Ты всё ещё иногда невыносимый. И я всё ещё иногда не понимаю, что с тобой делать.

— Спасибо.

— Просто теперь сначала пытаюсь понять: это моя история или наша. Если моя — говорю. Если наша — думаю, какая часть действительно принадлежит мне.

— Всегда получается?

— Конечно нет.

Миша улыбнулся.

Телефон завибрировал.

Рита написала:

«Девочки, Паша сегодня сделал такое…»

Через несколько секунд сообщение исчезло.

Появилось новое:

«Нет. Это уже не моё. Лучше скажите, кто завтра свободен на кофе. Мне надо пожаловаться на жизнь».

Женя ответила: «Вот теперь правильно».

Оля написала: «А жизнь дала согласие на обсуждение?»

Алина засмеялась и показала экран Мише.

— Учимся.

Он прочитал и вернул телефон.

— Главное, чтобы меня не начали согласовывать как приложение к договору.

— Поздно. Ты давно в подписке.

Она положила голову ему на плечо и впервые подумала, что «это между нами» никогда не было волшебной фразой. Она ничего не защищала сама по себе.

Защищали только люди, которые понимали, где стоит остановиться.

📚 Все мои каналы с историями — здесь