О Святом Розарии. Pt. 1

Про молитву Святого Розария написано множество замечательных книг и статей, к которым, кажется, совершенно нечего добавить. В них рассказывается о чудесной истории возникновения этой молитвы, её историческом развитии и полезных «механиках»: как молиться, с каким намерением, как долго, сколько Тайн читать, какие награды с этим связаны. Одних всё это привлекает к благочестивой католической практике, других от неё отталкивает. И всё же я уверен, что у каждого верующего найдётся что-то личное, что он может сказать о молитве.

Я отношусь к числу людей, на которых молитва Розария повлияла тем нехитрым образом, что привела их в лоно Вселенской Церкви. Поэтому я хотел бы оставить небольшую заметку «на полях» и обратить внимание на вещи, которые встречаются далеко не во всех прекрасных текстах, посвящённых этой молитве. Возможно, кому-то из читающих это позволит взглянуть на Розарий под новым углом и он что-то там узрит :) Картинка к посту — отсылка для своих.

Первое, что даёт мне Розарий, — форму молитвы. Близкие мне братья знают, что я не люблю молиться своими словами. Так сложилось исторически и в силу характера. Сказать Богу мне есть что. Однако собственные слова, произнесённые вслух, кажутся мне вымученными, лишними и неспособными передать те чувства, которые я испытываю вовремя молитвы (Рим. 8:26). Розарий позволяет выразить невыразимое, поместив внутрь одной молитвенной интенции надежду и скорбь, радость и грусть, просьбу и благодарность.

Ранее, читая сочинения христианских мистиков, я часто встречал толкование слов из Мф. 6:6 о комнате, в которой верующий уединяется для молитвы. У Августина, Терезы Авильской и Герхарда Терстегена эта комната находится в глубине человеческого сердца. Долгое время практический смысл этого образа оставался для меня неясным. Именно Розарий помог мне его понять.

Розарий близок к духовным упражнениям святого Игнатия Лойолы. Верующий представляет место евангельского события, всматривается в его участников, вслушивается в их голоса и открывает внутри себя молитвенное пространство — ту самую комнату в глубине сердца.

Чем заполняется это пространство?

Я знаю, что некоторых братьев отпугивает кажущееся монотонным повторение одного и того же текста «Радуйся, Мария». Попробуйте на мгновение выйти из обыденного режима передачи информации и заговорить языком любви. Повторяя эти слова, мы говорим с Богородицей на языке соприсутствия, вновь и вновь произнося простое: «Я тебя люблю».

Если задуматься, разве слова любви, произнесённые сегодня, вчера, час или секунду назад, теряют смысл из-за своего повторения? Конечно же нет. Каждый раз они возобновляют отношения с любимым человеком. Так и Розарий удерживает нас в пространстве общения с Ней. Знакомые слова задают этому общению ритм. Внутри него постепенно исчезает необходимость добавлять что-то ещё, объяснять свои чувства и оценивать уже произнесённое.

In summa: Святой Розарий при нормальном «не-магическом» взгляде на него — это способ молитвы из глубины сердца. И в этой внутренней комнате, во время нашей молитвы с нами пребывает Та, для выражения любви к Которой мне никогда не хватит собственных слов. Поэтому я c радостью принимаю слова, подаренные мне Церковью, повторяя их снова и снова: «Радуйся, Мария, благодати полная, Господь с Тобою…»