Рассказы /истории/стихи/цитаты/чат канал

Песни по моим стихам, приятного вам прослушивания,скачайте suno и слушайте и делайте свои струны души

https://suno.com/playlist/liked

#песни#струныдуши#стихи#проза#плайлист

Марк Твен: «Танцуй так, как будто на тебя никто не смотрит. Пой, как будто тебя никто не слышит. Люби так, как будто тебя никогда не предавали, и живи так, как будто земля — это рай».


Генри ван Дайк: «Время слишком медленно для тех, кто ждёт, слишком быстро для тех, кто боится, слишком долго для тех, кто скорбит, слишком коротко для тех, кто радуется, но для тех, кто любит, время — это вечность».#цитаты#цитатывеликих

Эта ночь была особенной — как и все предыдущие ночи, когда мы не в разлуке между графиками наших работ. Алекс не трогал Миру, давая ей высыпаться перед рабочим днём, за исключением тех моментов, когда сам уже не мог сдерживаться. Мире в такие минуты приходилось терпеть некоторые осложнения в здоровье, но отказаться от него и побыть в его власти она просто не могла. После, конечно, злилась на себя — ведь организму нужно больше времени, чем обычно, между наслаждением и актом, или на заживление от вмешательств в её пространство. Как бы это ни описать, но он умел её убеждать, брать так, чтобы искры из глаз менялись на огоньки удовольствия вместо испытываемых нередко накатывающих спазмов внизу живота. Ранее эти спазмы являлись как знак возбуждения, а теперь — сигнал к капитуляции и перерыву на восстановление. Алексу не сложно было что-то понять. И то, что он сказал, было для меня неожиданно и приятно.

«Мы с тобой обалденные».

Звучало как знак на продвижение куда-то глубже — не оступись, или тебя накроет волной, в короткой можно захлебнуться. Мира растерялась, но ответила:

— Ты так считаешь?

Он ответил:

— Да.

Мира улыбнулась. Они переглянулись друг на друга и мило уснули.

Теперь, когда они живут вместе, будет всё по-другому.
#любовь#отношения#рассказы#истории#историилюбви#короткиерассказы#поэзия

#рассказ
Он и она ,история любви.

Осень в этом году баловала теплом, словно не желала расставаться с летом. Рабочая неделя пролетела незаметно, а выходные — ещё быстрее. На работе Мира отдыхает от семейных забот — так было всегда, но в силу своих обязанностей отстраниться не может. Мало проведённого времени вместе компенсировалось редкими разговорами и страстью между ними. Алекс брал её аккуратно и жадно, с грацией льва, и, наслаждаясь её плотью, продвигался в недра, где пик удовольствия достигал предела, где стоны переходили в мольбу об искуплении, где мысли уже не о том, чтобы закончить это наслаждение, а продолжать, пока не задрожат ноги. Но Алекс и так сдерживал свой нрав и свою похоть, чтобы Мире было комфортно, поэтому был нежен, будто читал её мысли, впитывал наслаждение и жар между её бёдер, не в силах сдерживая себя, целуя её в шею и плечи, обвивая так, чтобы у антилопы не было шансов выбраться из когтей льва. Её жар заставлял всё больше твердеть его существо, пока лоно не становилось влажнее; как горные ручейки, растекались они друг в друге, пока не отдавались и не заканчивали вместе, издавая стоны удовольствия. Алекс сказал недавно интересный факт — и я не могла его не обдумать. День сегодня необычайно интересный: откровения и вопросы не устремлялись в тупик, а рассказы о себе и детстве Алекса — это уникальная информация, равносильная доверию, шаг вперёд. Размышляла Мира, уже придумывая стратегии дальше. Может быть, во мне и есть что-то от шизофреника, как мило намекнул Алекс, но действия, похожие друг на друга, отличаются лишь одним: когда повторяешь одно и то же — либо идёшь в одном направлении, меняя вектор убеждения. Такая вот парадоксальная вещь. Мира не изобретала велосипед: она брала одно направление, меняя ситуацию, и выворачивала её в свою пользу разным воздействием. А видно и слышно одно и то же — поэтому она всегда добивалась своего, так или иначе, но крайне редко прибегала к жёстким манипуляциям. Хотя Алекс и тут смог её упрекнуть, что манипуляции и вынос мозга — не лучший вариант сотрудничества. Мира приняла и это условие. Алекс оставался тем, кто имел её разум до того, как доберётся до приятного бонуса, — что больше всего нравилось Мире в нём. Наличие воли у мужчин — единственное, чего ещё не пробовала на вкус Мира; и принимать от такого помощь, когда всё смогла сама, деликатно трудно, когда хочешь соответствовать, а он пытается обращаться с тобой как с девочкой. Сложно сочетать принцессу, которой была Саша Белый из «Бригады». И как бы это ни прозвучало, цитата из фильма: «если души не умирают, значит, прощаться, отрицать разлуку». Я бы хотела прожить это ещё раз. Даже когда не понимаешь, что у него на сердце, или когда он настроен и кладёт голову на ноги, или когда злится и не хочет отвечать, сухо выдаёт резкие фразы, или то, что он любит, говорит несмело, а целует в губы так, что хочется проникнуть в него и забыться, вдыхая родной запах тела.