Говорят, стояла на опушке избушка на курьих ножках. Да только не летала она ни по каким делам, не кружилась над лесом — просто стояла себе, чуть скособочившись, будто устала от суеты мира.

А поселилась в ней мастерица. Не колдунья, не ведунья — просто женщина, у которой руки знали, как из простой нитки сделать уют. Она не искала чудес, она их собирала по ниточке: петлю к петле, узел к узлу. В окошке у неё всегда горел свет — не от чар, а от свечи, которую она сама отлила.
На лавке лежала пряжа, в шкатулке хранились узоры, что помнились с детства, а на крючке висела метла — не для полётов, а чтобы в доме было чисто и спокойно.

И пошла про ту избушку добрая молва: мол, если тебе хочется тишины, если душа просит чего-то настоящего — заходи. Там тебя не будут околдовывать, зато напоят чаем, покажут, как ложится узор, и дадут подержать в руках клубок, тёплый от долгого пути. А если повезёт — уйдёшь с вещью, в которую вложено не волшебство, а терпение и забота: со свечой, что ровно светит, с куклой, которая будто знает твои секреты, с макраме, что держит форму, как надёжное слово.

С тех пор и зовут эту избушку не ведьминой, а мастеровой. И стоит она себе на курьих ножках, не для полётов — а чтобы держать свой тихий дом, где рождается уют.