— Только если будет нужно, — честно ответил сэр Муррис. — Но сегодня, думаю, хватит приключений.

Когда он вернулся к площадке, где остался шар, Робин и Отто уже ждали. Робин выглядел так, будто успел за это время мысленно попрощаться с жизнью, написать завещание и снова передумать.
— Ты был там всего пятнадцать минут! — выпалил он. — А казалось, что прошла вечность!
— На летающих островах время течёт иначе, — важно пояснил сэр Муррис, забираясь в корзину. — Иногда минута — это минута. А иногда — история, которую потом будут рассказывать в тавернах.
Отто только хмыкнул и потянул за верёвку. Шар снова поднялся, мягко и величаво, будто и сам был рад покинуть место, где камни умеют дышать.
Внизу Мурбург выглядел таким уютным, таким обычным, что казалось, будто никакого летающего острова и не было. Но сэр Муррис знал: он был. И остров теперь не сердится. И, возможно, где-то там, на высоте, маленькая табличка всё ещё висит на арке, напоминая, что иногда самое большое дело делают самые маленькие вещи — и самые уверенные коты в бархатных плащах.
А когда они приземлились, фрау Зефирина уже ждала их с подносом свежих пирожных. Её шоколадная шерсть вздыбилась от волнения.
— Пирожное, — сказала она, протягивая тарелку сэра Муррису. — За то, что остров не упал на город.
Сэр Муррис взял пирожное, откусил кусочек и посмотрел на небо, где остров снова стал просто точкой среди облаков.
— Знаешь, — сказал он Робину, — в следующий раз, если увидишь, что с неба падает что-то блестящее… не смотри на меня так, будто это моя вина. Иногда это просто судьба напоминает, что приключения ещё не закончились.
Робин вздохнул, но улыбнулся.
— Ладно, — сказал он. — Но в следующий раз я возьму с собой плед. И пирожное. На всякий случай.
И они пошли по улице, а над городом снова светило солнце, ветер крутил флюгер как положено, и казалось, что всё идёт именно так, как и должно идти в Мурбурге — немного странно, немного волшебно, но обязательно с пирожным в конце.