В Монголии, особенно в пустыне Гоби, есть обряд, который проводят…
В Монголии, особенно в пустыне Гоби, есть обряд, который проводят, когда верблюдица отказывается кормить своего новорождённого детёныша. Это не редкость: после тринадцати-четырнадцати месяцев беременности самка может быть истощена или напугана, и инстинкт не срабатывает. Тогда приходит человек и начинает петь.
Ритуал называется «задабривание». Кочевник встаёт рядом с верблюдицей и поёт ей песню — мелодичную, протяжную, иногда под аккомпанемент моринхура (монгольской скрипки с головой лошади) или флейты. Смысл не в том, чтобы «уговорить» животное словами. Смысл в ритме и вибрации голоса, которые успокаивают самку. Постепенно она расслабляется, подпускает детёныша и позволяет ему сосать молоко.
В самых сложных случаях, когда пение не помогает, используют другой приём: с убитого телёнка снимают шкуру и накрывают ею живого детёныша. Запах шкуры обманывает верблюдицу — она думает, что это её прежний детёныш, и принимает нового.
Этот обряд передаётся из поколения в поколение. Его исполнители внесены в Национальный список носителей нематериального культурного наследия Монголии, потому что настоящих случаев отказа верблюдиц становится всё меньше, а молодых пастухов, умеющих петь такие песни, почти не осталось.
Так что монгольская песня для верблюдицы — это не фольклор ради фольклора, а рабочий инструмент скотовода, который спасает жизнь новорождённому телёнку и сохраняет молоко для семьи.
Ритуал называется «задабривание». Кочевник встаёт рядом с верблюдицей и поёт ей песню — мелодичную, протяжную, иногда под аккомпанемент моринхура (монгольской скрипки с головой лошади) или флейты. Смысл не в том, чтобы «уговорить» животное словами. Смысл в ритме и вибрации голоса, которые успокаивают самку. Постепенно она расслабляется, подпускает детёныша и позволяет ему сосать молоко.
В самых сложных случаях, когда пение не помогает, используют другой приём: с убитого телёнка снимают шкуру и накрывают ею живого детёныша. Запах шкуры обманывает верблюдицу — она думает, что это её прежний детёныш, и принимает нового.
Этот обряд передаётся из поколения в поколение. Его исполнители внесены в Национальный список носителей нематериального культурного наследия Монголии, потому что настоящих случаев отказа верблюдиц становится всё меньше, а молодых пастухов, умеющих петь такие песни, почти не осталось.
Так что монгольская песня для верблюдицы — это не фольклор ради фольклора, а рабочий инструмент скотовода, который спасает жизнь новорождённому телёнку и сохраняет молоко для семьи.