* * *
Если бы кто построил тебе дом там, где тебе не жить, — то не счёл ли бы ты этого бесполезным?
Kак же ты желаешь быть богатым здесь, откуда ещё до наступающего вечера можешь не один раз отойти?
Разве не знаешь, что мы подобно странникам и пришельцам пребываем здесь на чужой стороне?
Разве не знаешь, что пришельцев изгоняют, когда они не ждут того и не надеются?
Такой участи подлежим и все мы на земле, поэтому что ни приготовляем здесь, здесь же и оставляем.
Господь не позволяет нам при отшествии отсюда брать с собой: настроим ли домов или накупим полей, рабов, сосудов, или чего другого тому подобного. И не только не позволяет, отходя отсюда, брать это с собой, но не даёт за то и платы.
Ибо наперёд сказал тебе: не собирай и не трать чужого, но собирай и трать только своё.
Для чего же ты, оставив своё, трудишься над чужим и тратишь чужое, чтобы погубить и труд и награду и после подвергнуться вечному наказанию?
Не делай этого…
Но поскольку мы пришельцы по естеству, то будем пришельцами и по произволению, чтобы там не быть пришельцами презренными и отверженными.
Если пожелаем сделаться здешними гражданами, то не будем гражданами ни здесь, ни там.
Если же здесь останемся пришельцами и будем жить, как свойственно жить пришельцам, то получим права граждан и здесь и там.
Ибо праведник, даже ничего не имея, и здесь располагает всем как своим и, перейдя на небо, узрит вечные свои кровы; здесь не потерпит он никакой неприятности, ибо кто может сделать странником того, для кого вся земля отечество, а достигнув своего отечества, он получит истинное богатство.
Итак, чтобы нам воспользоваться и теми и другими благами — как настоящими, так и будущими, будем употреблять настоящие как должно и таким образом будем и гражданами небесными, и получим великую свободу.
* * *
Богатством мы тогда особенно обилуем, когда презираем его и ищем богатства только от Бога...
Kогда уже безопасны будут для нас и богатство и слава, тогда Бог и подаст нам их в изобилии.
Но этот дар бывает безопасен тогда, когда не овладевает нами, не покоряет нас себе, не обладает нами, как рабами, но остаётся в нашей власти, как у господ и свободных.
Для того-то Бог и не позволяет нам любить богатство и славу, чтобы они не овладевали нами.
А когда мы достигнем такого совершенства, то Он и подаст нам их с великой щедростью…
Kто счастливее того, кто ничего не имеет и всем владеет?
Ибо когда мы… не будем покоряться владычеству их [богатства и славы], тогда и будем ими обладать, тогда их и получим.
* * *
Если гордящийся действительными преимуществами жалок и несчастен и теряет награду за все свои совершенства, то не смешнее ли всех надмевающийся ничтожными благами, тенью и цветом травы (такова слава этого века), — так как он поступает подобно тому, как если бы бедняк, нищий, постоянно удручаемый голодом, случайно в одну ночь увидел приятный сон и тем стал бы тщеславиться.
Жалкий и несчастный!
Душу твою снедает жесточайшая болезнь, и ты, убогий крайним убожеством, мечтаешь, что у тебя столько и столько-то талантов золота и множество прислуги?
Да это — не твоё.
А если не веришь моим словам, то убедись опытами бывших прежде богачей.
Если же ты так упоён, что не вразумляешься приключениями других, то подожди немного, — и ты узнаешь собственным опытом, что нет для тебя никакой пользы от этих благ, когда при последнем издыхании, не будучи властен ни в одном часе, ни в одной минуте, ты невольно оставишь их окружающим тебя людям и, что нередко случается, людям таким, которым ты и не хотел бы оставить.
Многие даже не имели возможности распорядиться о них, а отходили нечаянно, ещё желая наслаждаться ими, но им уже не было это позволено и, быв увлекаемы, отходя из мира невольно, по необходимости оставляли свои блага тем, кому бы и не хотели.
Чтобы и с нами того не случилось, мы, пока живы и здоровы, предпошлём их в свой (небесный) град.
Только таким образом мы будем иметь возможность насладиться ими, а иначе никак; таким образом мы положим их в надёжном и безопасном месте.
Ничто, ничто не может их отсюда исхитить: ни смерть, ни доверительные свидетельства, ни наследники, ни клеветы и наветы.
Но кто сколько принёс с собой, отходя отсюда, тем всем и будет наслаждаться непрерывно.
А найдётся ли такой несчастный, который бы не захотел вечно утешаться своим стяжанием?
Перенесём же своё богатство и положим его там.
Для этого перенесения нам не нужно ни ослов, ни верблюдов, ни колесниц, ни кораблей: и от этих хлопот избавил нас Бог, — а нужны будут нам только бедные, хромые, слепые, недужные.
Им-то поручен этот перевоз, они-то пересылают богатство на небо, они-то владетелей богатства вводят в наследие вечных благ, которого да достигнем и все мы.