1900 Ч5

Давайте перенесёмся в лето. Июль 1901 года. Семья Анисимовых снимает дачу в Малаховке. Николай Петрович приезжает из Москвы только на субботу и воскресенье — служба не отпускает. Елизавета Андреевна с детьми и прислугой живёт за городом всё лето. Володя уже отгремел гимназический год, сдал переходные экзамены и теперь свободен как птица. Митеньке уже почти год, он учится ходить.

Суббота, середина июля. Жара. Звенит за окном малинник.

Субботнее утро. Малаховка

Дача стоит на сосновой улице, среди высоких берёз и елей. Двухэтажный деревянный дом с террасой, резными наличниками и мезонином. Вокруг — палисадник с флоксами и ночными фиалками, за домом — сад с качелями и гамаком. Пахнет смолой, разогретой за день, и свежей клубникой.

Елизавета Андреевна встаёт рано, как всегда, но здесь утро другое. Окно в спальне распахнуто, вместо городского шума — птичий гомон, далёкий стук колеса у колодца и звон ведра. Митенька спит в лёгкой рубашонке, разметавшись на кроватке. Володя ещё в мезонине, куда его отселили на всё лето.

Она спускается вниз, в столовую. На террасе уже накрыт завтрак: творог со сметаной, свежий ржаной хлеб, кувшин холодного молока. Кухарка Агафья возится у летней печи, няня Анисья гремит самоваром. Воздух лёгкий, прозрачный. Хочется не думать ни о чём, кроме предстоящего приезда Николая.

День. Подготовка к приезду отца

Володя с утра убежал с соседскими мальчишками на озеро. Елизавета Андреевна не держит его: лето и есть лето. Велела только к обеду быть.

Дома идёт тихая суета. К приезду Николая Петровича надо успеть. Агафья ставит тесто для пирога с вишней, стирает в лохани за домом, развешивает бельё на верёвке. Елизавета Андреевна срезает в саду цветы, расставляет по вазам. В комнате мужа на дачном столике — свежая веточка пижмы, в графин налита клюквенная вода.

В полдень возвращается Володя, загорелый, с исцарапанными коленками. Рассказывает, как ныряли с мостков, как поймали тритона. Мать качает головой, но улыбается. Сажает обедать.

Обед на веранде. Окрошка со льдом, варёная картошка с укропом, огурцы прямо с грядки. Едят не спеша. Митенька у матери на руках что-то гулит и тянет ручку к тарелке.

Вечер. Приезд Николая Петровича

К шести слышен звон колокольчика за поворотом. Володя бросает книжку и мчится к калитке. Из-за берёз показывается извозчик. Николай Петрович спрыгивает с пролётки, снимает котелок, вытирает лоб. Пыль на сюртуке, но глаза весёлые.

Володя подбегает первым, жмёт отцу руку, забирает портфель. Николай Петрович обнимает Елизавету Андреевну, берёт на руки Митеньку, который отца за неделю подзабыл, но тянется.

На террасе шумит самовар. Ужин на воздухе. Николай Петрович распускает галстук, расстёгивает ворот. Агафья подаёт молодую картошку с укропом, солёные грузди. К чаю — вишнёвое варенье и пирог.

Говорят о Москве: жара в городе невыносимая, в банке заканчивают полугодовой отчёт, на Ильинке пыль столбом. Николай Петрович устало щурится: «Здесь — рай». Елизавета Андреевна подливает ему чаю.

Воскресенье. Целый день вместе

Утром встают позже. Володя с отцом идут купаться на пруд. Николай Петрович плавает по-своему, по-старинному, размашисто. Володя ныряет с мостков, хвастается. Отец не отстаёт. Мать с Митенькой гуляют по берегу, мальчик рвёт ромашки и тащит их в рот.

После купания — чай с молоком и булками на открытой веранде. Потом идут гулять в лес. Сосны, мох, земляника. Володя убегает вперёд. Родители идут не спеша, говорят о пустяках и о важном: о здоровье матери, о будущем детей, о том, что хорошо бы и на следующее лето снять эту же дачу.

После обеда — тихий час. Николай Петрович спит в гамаке, накрыв лицо соломенной шляпой. Елизавета Андреевна с Митенькой укладывается на плетёной кушетке. 

Вечером — соседи. На даче у Орловых собираются вокруг граммофона. Ставят пластинку с вальсом. Молодёжь танцует на площадке под соснами. Николай Петрович и Елизавета Андреевна делают круг под музыку. Володя смотрит на родителей и удивляется: они ещё умеют смеяться, как молодые.