1900 Ч4

Давайте проживём с семьёй Анисимовых воскресенье. Конец сентября 1900 года, первый по-настоящему ясный день после недели дождей. У Николая Петровича выходной, у Володи — свобода от гимназии. Елизавета Андреевна с утра пораньше собирает всех к завтраку.

Воскресенье. Утро в Сокольниках

В воскресенье в доме всё иначе. Просыпаются позже. Николай Петрович не вскакивает по будильнику, а потягивается, лежит, слушает, как за окном перекликаются сокольнические петухи. Володя спит до восьми. Даже маленький Митенька будто чувствует: сегодня день не такой, как все.

Завтрак накрыт к девяти. На столе — праздничная скатерть, вазочка с мёдом, калач из булочной Филиппова, сдобные завитушки с корицей, сливочное масло в серебряной маслёнке. Николай Петрович в мягкой домашней тужурке с кистями. Елизавета Андреевна нарядная, в сером платье с кружевным воротником. Даже Агафья ходит тише, без суеты.

За завтраком говорят о предстоящем дне. Есть план, но не жёсткий, а приятный. Николай Петрович предлагает: после обедни — прогулка в Сокольнический парк, там уже, говорят, золотая осень во всей красе. Володя просит взять с собой футбольный мяч. Мама с Митенькой останутся в саду, подышат воздухом.

Церковь. Воскресная служба

К десяти идут в церковь. Недалеко, пешком. Николай Петрович в сюртуке и котелке, Володя в гимназической форме, Елизавета Андреевна в шляпке с лентой. Идут не спеша, под руку. Солнце золотит мокрые крыши, лужи блестят. Пахнет опавшей листвой и ладаном.

Церковь в Сокольниках небольшая, деревянная, светлая. Служба идёт торжественно. Николай Петрович стоит прямо, крестится широко. Елизавета Андреевна тихо молится о детях, о муже, о доме. Володя крепится, старается не вертеться. Но сквозь окно видно, как на берёзе сидит ворона, и это очень отвлекает.

После службы к ним подходит знакомый батюшка, справляется о здоровье Митеньки. Николай Петрович говорит с ним степенно. Володя тем временем смотрит, как дымит кадило.

Прогулка в Сокольническом парке

После церкви — домой, перекусить, и в парк. Володя уже мчится вперёд, подкидывая мяч. Родители идут сзади, ведут коляску с Митенькой.

Сокольнический парк в конце сентября прекрасен. Клёны полыхают жёлтым и красным. Дорожки усыпаны листвой. Народу много — все гуляют, раскланиваются, воздух пахнет прелью и сосной. Издалека доносится музыка: в парке играет оркестр.

На широкой лужайке Володя с другими мальчишками гоняет мяч. Николай Петрович останавливается посмотреть. В нём просыпается спортивный азарт: «Володька, пасуй!» — кричит он, и мальчишка сияет. Это редкие минуты, когда отец не строг, а прост и весел.

Елизавета Андреевна сидит на скамейке с коляской. Митенька спит, укрытый кружевным одеяльцем. Она щурится на неяркое солнце, перебирает в памяти разговоры, улыбается прохожим. Рядом присаживается соседка, говорят о детях, о зиме, о том, что хорошо бы успеть заготовить варенья.

Обед дома. Семейное застолье

К двум возвращаются домой усталые и довольные. Обед в воскресенье — особый.  Агафья расстаралась: куриный суп с лапшой, жаркое с картофелем, солёные огурчики, пирог с капустой. Николай Петрович позволяет себе рюмку вина. Елизавета Андреевна — капельку наливки.

За столом говорят обо всём подряд. Володя рассказывает про футбол, про то, что поймал три мяча. Николай Петрович хвалит — сегодня он в добром расположении. Обсуждают, что скоро Покров, а там и первый снег не за горами. Решают, что в следующие выходные поедут в гости к тётке на Арбат.

После обеда. Тихий час и визиты

После обеда — час тишины. Митенька спит, Володя пристроился на диване с книжкой. Елизавета Андреевна раскладывает пасьянс. Николай Петрович дремлет в кресле, прикрыв лицо газетой. В доме уютно и спокойно, в печи тихо потрескивают дрова.