Из воспоминаний Юлии Дэн.

Внешне император очень походил на короля Георга V, за исключением глаз. Глаза его кузена, хотя тоже красивые, были лишены выражения, свойственного глазам Николая II. В них сочетались грусть, милосердие, кротость и безысходность. Царь как будто заглядывал в свое трагическое будущее. Помимо того, казалось, что он способен видеть рай, который находится за пределами нашей Земли. Император поистине был человеком Божиим. Я не могу вознести ему более высокую хвалу и не могу оказать более подходящего почтения.

Николай II обладал огромным обаянием; рядом с ним вы забывали, что это император, и он оставался просто человеком. Всякая формальность была с ним невозможна. Он любил поддразнивать знакомых, что я в полной мере испытала на себе. Однажды я прогуливалась в Ливадийском парке. Мимо меня проехало несколько экипажей, но я не смотрела, кто в них сидит. На следующий вечер, за ужином во дворце, император серьезно обратился ко мне:

– Lili, се n'est pas bien, vous comprenez, mais ne pas reconnaitre vos amis – Mais, Votre Majeste, qu'est que vous voulez dire?[5]

– Вчера, – продолжал император, – вы меня обидели.

– Ваше величество, не может быть!

– Ах, Лили, еще как может быть. Я проехал мимо вас и много раз кланялся вам, а вы не соизволили меня узнать. Скажите, чем я вас обидел? – Он так задразнил меня, что я готова была умереть от смущения.

Он любил свою жену; никто не смеет сомневаться в силе чувства, существовавшего между ними. У них был идеальный брак по любви, и, когда они проходили испытания в горниле страданий, в любви недостатка не было.