Уайльд. Красота без пользы
Сегодня, 16 октября, исполняется 172 года со дня рождения Оскара Уайльда — человека, который бросил современникам дерзкий вызов одной фразой: «Всякое искусство совершенно бесполезно». Эти слова стоят в конце предисловия к «Портрету Дориана Грея» и по сей день звучат как манифест. Но это не бравада и не эпатаж — это защита права красоты существовать вне утилитарных рамок.
Современники обиделись: как же так — бесполезно? Ведь искусство, думали они, воспитывает, украшает, просвещает. Уайльд спокойно возражал: никто не отнимает у искусства этих ролей. Он утверждал иное: у прекрасного нет обязанности быть полезным. Это как требовать от заката, чтобы он поднимал урожай. Закат просто есть — и этого достаточно.
В чём ценность красоты?
Мы привыкли оценивать вещи через вопрос «зачем?». Чашка нужна, чтобы пить. Стул — чтобы сидеть. А красивая декоративная ваза не отвечает на этот вопрос. Она стоит на полке, и от этого в комнате становится лучше. В этом и есть её тихая ценность — не польза, а присутствие, которое меняет пространство вокруг.
Ещё до Уайльда, в конце XVIII века, Иммануил Кант в «Критике способности суждения» сформулировал для этого явления точную формулу: «целесообразность без цели». На простом языке это значит, что прекрасное устроено так, будто у него есть назначение, — но единственное его назначение — радовать взгляд и трогать душу. Больше от него ничего не требуется. Уайльд выразил ту же мысль более резко и лаконично, и именно эта резкость сделала её скандальной: искренность приняли за легкомыслие, а философию — за игру словами.
Любимые вещи и память
Понаблюдайте за собственным домом: полезные вещи живут ровно столько, сколько выполняют свои задачи. Посуда разбивается, техника устаревает, инструмент теряет актуальность. А остаются с нами не полезные, а любимые: сувенир, привезённый издалека, бабушкина брошь, репродукция, купленная в юности. Их никто не назовёт необходимыми, но выбросить их невозможно. В них живёт не функция, а память, чувство, личная история.
С искусством — то же самое, только масштаб глубже. Прекрасное от задач не зависит, поэтому не стареет. Фрескам Джотто уже около семисот лет, и сегодня они по-прежнему притягивают взгляд, становятся центром зала, заставляют замедлиться и смотреть.
Свобода — главная ценность искусства
Важное уточнение, которое сам Уайльд наверняка бы добавил: «бесполезное» не значит «пустое». Скорее, «свободное». Именно эта свобода и делает искусство по-настоящему ценным. Оно не подчинено сиюминутным нуждам — и поэтому способно звучать сквозь века.
При этом стоит признать: красота нередко обретает и вполне практическую роль — в дизайне повседневных вещей. Чайник, кресло, смартфон, даже простая кружка — их форма и цвет не просто украшают быт, но и влияют на удобство, настроение, даже безопасность. Эргономичный изгиб ручки, интуитивно понятные линии, приятные глазу оттенки — всё это делает предмет не только красивее, но и удобнее. Хороший дизайн соединяет эстетику и функцию: мы охотнее пользуемся тем, что радует взгляд, и дольше храним вещи, в которых красота и польза не спорят, а дополняют друг друга. Так красота, не теряя своей свободы находит ещё один способ быть нужной.
Искусство — вчера, сегодня, завтра. Блог галереи ГРАФ
Мы в Дзен! | Мы в ВК!
Сегодня, 16 октября, исполняется 172 года со дня рождения Оскара Уайльда — человека, который бросил современникам дерзкий вызов одной фразой: «Всякое искусство совершенно бесполезно». Эти слова стоят в конце предисловия к «Портрету Дориана Грея» и по сей день звучат как манифест. Но это не бравада и не эпатаж — это защита права красоты существовать вне утилитарных рамок.
Современники обиделись: как же так — бесполезно? Ведь искусство, думали они, воспитывает, украшает, просвещает. Уайльд спокойно возражал: никто не отнимает у искусства этих ролей. Он утверждал иное: у прекрасного нет обязанности быть полезным. Это как требовать от заката, чтобы он поднимал урожай. Закат просто есть — и этого достаточно.
В чём ценность красоты?
Мы привыкли оценивать вещи через вопрос «зачем?». Чашка нужна, чтобы пить. Стул — чтобы сидеть. А красивая декоративная ваза не отвечает на этот вопрос. Она стоит на полке, и от этого в комнате становится лучше. В этом и есть её тихая ценность — не польза, а присутствие, которое меняет пространство вокруг.
Ещё до Уайльда, в конце XVIII века, Иммануил Кант в «Критике способности суждения» сформулировал для этого явления точную формулу: «целесообразность без цели». На простом языке это значит, что прекрасное устроено так, будто у него есть назначение, — но единственное его назначение — радовать взгляд и трогать душу. Больше от него ничего не требуется. Уайльд выразил ту же мысль более резко и лаконично, и именно эта резкость сделала её скандальной: искренность приняли за легкомыслие, а философию — за игру словами.
Любимые вещи и память
Понаблюдайте за собственным домом: полезные вещи живут ровно столько, сколько выполняют свои задачи. Посуда разбивается, техника устаревает, инструмент теряет актуальность. А остаются с нами не полезные, а любимые: сувенир, привезённый издалека, бабушкина брошь, репродукция, купленная в юности. Их никто не назовёт необходимыми, но выбросить их невозможно. В них живёт не функция, а память, чувство, личная история.
С искусством — то же самое, только масштаб глубже. Прекрасное от задач не зависит, поэтому не стареет. Фрескам Джотто уже около семисот лет, и сегодня они по-прежнему притягивают взгляд, становятся центром зала, заставляют замедлиться и смотреть.
Свобода — главная ценность искусства
Важное уточнение, которое сам Уайльд наверняка бы добавил: «бесполезное» не значит «пустое». Скорее, «свободное». Именно эта свобода и делает искусство по-настоящему ценным. Оно не подчинено сиюминутным нуждам — и поэтому способно звучать сквозь века.
При этом стоит признать: красота нередко обретает и вполне практическую роль — в дизайне повседневных вещей. Чайник, кресло, смартфон, даже простая кружка — их форма и цвет не просто украшают быт, но и влияют на удобство, настроение, даже безопасность. Эргономичный изгиб ручки, интуитивно понятные линии, приятные глазу оттенки — всё это делает предмет не только красивее, но и удобнее. Хороший дизайн соединяет эстетику и функцию: мы охотнее пользуемся тем, что радует взгляд, и дольше храним вещи, в которых красота и польза не спорят, а дополняют друг друга. Так красота, не теряя своей свободы находит ещё один способ быть нужной.
Искусство — вчера, сегодня, завтра. Блог галереи ГРАФ
Мы в Дзен! | Мы в ВК!
