Когда я был школьником, со мной случилась первая любовь. И знаете…
Когда я был школьником, со мной случилась первая любовь. И знаете, она была несчастная и безответная, как наверное почти каждая любовь в этом нежном возрасте. Хотя это была первая и последняя безответная у меня любовь. Несчастные еще были. Безответных нет.
Тогда я страдал, мучился долго. И загнутый уголок ее юбочки, когда она вставала из-за парты я помню до сих пор.
С тех пор раз в несколько лет мельком я вижу ту девочку, все еще очень красивую, счастливую, с детьми, с чуть пополневшими и погрубевшими бедрами, и уже взрослыми чертами некогда столь милого и божественного лица. Шутка ли! Прошло более трети века с тех пор!
Но знаете, мне до сих пор кажется — в ней так никто, ни ее мужчины, ни она сама, не открыли той сокровенной и главной тайны в ней, которую я открыл, когда ее любил. Никто не нашел в ней эту тайну. Никто не открыл ее, как загадочный цветок.
А еще, я клянусь, мне до сих пор кажется, что она не стоила моей, той, такой, любви.
Тогда я страдал, мучился долго. И загнутый уголок ее юбочки, когда она вставала из-за парты я помню до сих пор.
С тех пор раз в несколько лет мельком я вижу ту девочку, все еще очень красивую, счастливую, с детьми, с чуть пополневшими и погрубевшими бедрами, и уже взрослыми чертами некогда столь милого и божественного лица. Шутка ли! Прошло более трети века с тех пор!
Но знаете, мне до сих пор кажется — в ней так никто, ни ее мужчины, ни она сама, не открыли той сокровенной и главной тайны в ней, которую я открыл, когда ее любил. Никто не нашел в ней эту тайну. Никто не открыл ее, как загадочный цветок.
А еще, я клянусь, мне до сих пор кажется, что она не стоила моей, той, такой, любви.