Старый дом стоял на окраине города, его окна, заколоченные досками…
Старый дом стоял на окраине города, его окна, заколоченные досками, напоминали слепые глаза, уставившиеся в пустоту. Местные жители шептались о нем, передавая из уст в уста байки о жутких тенях, танцующих в полнолуние, и странных звуках, разносящихся по ночам. Но никто никогда не осмеливался приблизиться к нему после наступления сумерек. Никто, кроме Лизы и её друзей.
Они были молоды, полны бравады и не верили в сказки. В тот вечер, в канун Хэллоуина, они решили доказать всем, что дом — всего лишь старая развалина. Дэн, самый смелый из них, первым толкнул скрипучую дверь. Внутри царил холод, пахло пылью и чем-то неуловимо гнилостным. Лунный свет пробивался сквозь щели в досках, создавая причудливые узоры на стенах.
Они поднялись на второй этаж, каждый шаг по шаткой лестнице отдавался гулким эхом. В самой дальней комнате, прямо под окном, стояло старинное кресло-качалка. Оно медленно покачивалось, хотя в комнате не было ни единого сквозняка.
— Наверное, ветер, — пробормотал Дэн, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
В этот момент Лиза почувствовала, как что-то холодное и тонкое коснулось её лодыжки. Она вскрикнула и отшатнулась, споткнувшись о поваленный шкаф. Когда друзья подсветили место фонариками, там не было ничего. Только старая, пожелтевшая кукла, лежащая на полу с одним отсутствующим глазом.
— Это просто старая кукла, Лиза, — попытался успокоить её Майк, но его голос тоже дрожал.
Они собирались уйти, когда тихий, мелодичный смех раздался прямо из-за кресла-качалки. Он был похож на детский, но при этом наполнен необъяснимой злобой. Качалка остановилась. И из-за неё медленно показалась маленькая, бледная рука, сжимающая второй, теперь уже вырванный глаз куклы.
Друзья в ужасе бросились вниз по лестнице, не оглядываясь. Они выбежали из дома, их сердца колотились в груди. Но когда они достигли окраины леса, Лиза остановилась.
— Моя куртка, — прошептала она, — я оставила её в той комнате.
Она хотела вернуться, но Дэн схватил её за руку.
— Нет! Не надо! — его глаза были полны неподдельного страха.
Они так и не вернулись за курткой. Но на следующий день, когда солнце уже ярко светило, и ужас ночи казался глупым сном, Лиза нашла свою куртку на крыльце своего дома. Она была аккуратно сложена. А в кармане лежала та самая кукла. С обоими глазами на месте. И жуткой, едва заметной улыбкой на нарисованном лице.
С тех пор Лиза больше никогда не смеялась над старыми историями.
Они были молоды, полны бравады и не верили в сказки. В тот вечер, в канун Хэллоуина, они решили доказать всем, что дом — всего лишь старая развалина. Дэн, самый смелый из них, первым толкнул скрипучую дверь. Внутри царил холод, пахло пылью и чем-то неуловимо гнилостным. Лунный свет пробивался сквозь щели в досках, создавая причудливые узоры на стенах.
Они поднялись на второй этаж, каждый шаг по шаткой лестнице отдавался гулким эхом. В самой дальней комнате, прямо под окном, стояло старинное кресло-качалка. Оно медленно покачивалось, хотя в комнате не было ни единого сквозняка.
— Наверное, ветер, — пробормотал Дэн, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
В этот момент Лиза почувствовала, как что-то холодное и тонкое коснулось её лодыжки. Она вскрикнула и отшатнулась, споткнувшись о поваленный шкаф. Когда друзья подсветили место фонариками, там не было ничего. Только старая, пожелтевшая кукла, лежащая на полу с одним отсутствующим глазом.
— Это просто старая кукла, Лиза, — попытался успокоить её Майк, но его голос тоже дрожал.
Они собирались уйти, когда тихий, мелодичный смех раздался прямо из-за кресла-качалки. Он был похож на детский, но при этом наполнен необъяснимой злобой. Качалка остановилась. И из-за неё медленно показалась маленькая, бледная рука, сжимающая второй, теперь уже вырванный глаз куклы.
Друзья в ужасе бросились вниз по лестнице, не оглядываясь. Они выбежали из дома, их сердца колотились в груди. Но когда они достигли окраины леса, Лиза остановилась.
— Моя куртка, — прошептала она, — я оставила её в той комнате.
Она хотела вернуться, но Дэн схватил её за руку.
— Нет! Не надо! — его глаза были полны неподдельного страха.
Они так и не вернулись за курткой. Но на следующий день, когда солнце уже ярко светило, и ужас ночи казался глупым сном, Лиза нашла свою куртку на крыльце своего дома. Она была аккуратно сложена. А в кармане лежала та самая кукла. С обоими глазами на месте. И жуткой, едва заметной улыбкой на нарисованном лице.
С тех пор Лиза больше никогда не смеялась над старыми историями.