💜 Код да Винчи, или благотворительность с кэшбэком

❗️Фельетон

— Добрый день, Наталья Олеговна! — начал письмо Иван Иваныч, набирая текст дрожащими от праведного гнева пальцами. — Мы тут изучили вашу гениальную рекомендацию продвигать ваши благотворительные сертификаты…
Иван Иваныч сделал глоток остывшего кофе и продолжил:
— Идея-то у вас благородная, спору нет. Крупная коммерческая корпорация решила взять на себя социальную нагрузку. Это как если бы Годзилла вдруг решил заняться защитой муравейников. Но есть нюанс… Исполнение вызывает вопросы!
В этот момент в кабинете Натальи Олеговны зазвонил телефон из редкого минерала стоимостью с бюджет небольшой африканской страны.
— Да? — рявкнула она в трубку. — Какая ещё социальная миссия? У нас выручка сто миллиардов долларов, какая вам ещё миссия нужна? Небесная?
А тем временем Иван Иваныч входил во вкус эпистолярного жанра:
«Вы берёте комиссию с платежей Благотворителей! До нас доходят суммы после удержания вами комиссии! В чём заключается ваша социальная миссия? Зарабатывать на удержании комиссии с Благотворительных платежей? Капитализм не имеет границ, даже моральных!»
Он представил себе эту картину: сидит где-то добрая бабушка-благотворительница, продала однушку в Бирюлёво, чтобы перевести 10 тысяч рублей слепым котятам. Нажимает кнопку «Отправить». И невидимая рука рынка элегантно отрезает ножничками кусочек купюры прямо в полёте. Бабушка плачет, а в далёком небоскрёбе лопается пузырь от шампанского Cristal по случаю успешного квартала.
«Если уж вы берёте комиссию, то тогда продвигайте свою площадку так, чтобы мы получали больше денег! А то ваш совет "продвигайте себя сами" выглядит так: "Тащите-ка вы каштаны из огня своими соцсетями, а мы будем стоять рядом с мешком для сбора комиссионных!" Отлично придумано, ничего не скажешь. Супер идея!»
Иван Иваныч почувствовал лёгкое головокружение от собственной дерзости. Он бил гиганта под коленку.
Но Наталья Олеговна была сделана из того же сплава, что и арматура монолитных новостроек бизнес-класса. Она дочитала письмо до строчки про «скудные платежи».
— Скудные?! — её бровь поползла вверх быстрее индекса РТС в удачный день. — Ванечка, это он сейчас нашу комиссию скудной назвал? Запиши ему там ответ: «Уважаемый фонд, ваша верификация обнулена. Лишитесь наших скудных платежей — ну, поплачьте. Есть площадки, где вы собираете в 12 раз больше? Вот туда и идите, портить карму нашим инвесторам».
Она уже занесла палец над кнопкой «Отправить», но случайно зацепила взглядом последнюю фразу Ивана Иваныча:
«Посмотрим, что вы ответите? Хотели бы разобраться в причинах снижения поступлений! Понять вашу миссию!»
Что-то щелкнуло. То ли совесть, то ли аналитический отдел прислал утренний отчёт о падении конверсии в секторе «Добрые дела минус Комиссия».
Наталья Олеговна убрала палец от мышки. Вызвала секретаршу.
— Маш, найди мне этого... Робин Гуда недоделанного. Соедини. Только без записи экрана, я сегодня добрая.
Через минуту экран ноутбука Ивана Иваныча замигал зелёным огоньком видеозвонка. На нём возникла Наталья Олеговна. Без фильтров. Вживую она выглядела ещё монументальнее.
— Иван Иванович, голубчик, — промурлыкала она голосом, который обычно предвещает аудит. — Я внимательно прочитала ваше творение. Особенно часть про капитализм без моральных границ. Красиво пишете. Вам бы детективы про коллекторов выпускать.
Иван Иваныч сглотнул.
— Но, — продолжила она, хитро прищурившись, — доля истины в вашем крике души есть. Если честно, наш маркетинговый отдел считает, что слово «Благотворительность» слишком длинное для сторис, поэтому они просто постят мемы с котиками. Отсюда и падение ваших отчислений. Люди видят котика, ставят лайк, идут пить смузи, а донат забывают нажать.
Она сделала паузу, выдерживая театральную тишину.
— Знаете что, Иван Иваныч? Вы меня убедили. Не криком своим, а логикой. Раз уж мы такая огромная машина, глупо заставлять маленькую, но гордую НКО работать нашими SMM-менеджерами бесплатно.
Иван Иваныч замер с открытым ртом.