Что такое скорая помощь (версия для чайников и депутатов)....

Знаете, что такое скорая помощь по версии Минздрава? Это высокотехнологичный комплекс на базе автомобиля, предназначенный для оказания экстренной медицинской помощи в условиях догоспитального этапа.

А теперь, как говорится в наших краях, снимайте свои накрахмаленные халаты, садитесь на кушетку и слушайте, что такое скорая на самом деле.

Что такое скорая помощь (глоссарий фельдшера):
Салон — это не пространство для оказания помощи. Это трансформер. Днем — это кабинет кардиолога, перевязочная, родзал и комната психологической разгрузки для бабушек, у которых «кошка не так посмотрела». Ночью — это спальня, столовая и филиал Макдональдса (если повезет заехать на заправку).
Носилки — главный кардиотренажер бригады. Идеальное упражнение для развития косых мышц спины и словарного запаса. Особенно когда нести надо с пятого этажа без лифта, а родственники снизу кричат: «Осторожнее, там линолеум новый!».
Ящик— магический сундук. Внутри есть всё: от адреналина до зеленки, от интубационной трубки до заначки с бутербродом. Главное правило: именно то, что нужно прямо сейчас, всегда лежит на самом дне, под запаской и протоколами, которые нужно заполнить еще вчера.
Рация — портал в параллельный мир. Оттуда диспетчер голосом, не терпящим возражений, сообщает, что вы сейчас поедете «на давление» в соседнюю область, потому что «там ближе». География для нас — понятие относительное. 50 километров по заснеженной грунтовке за инфарктом — это «соседняя улица».
Термос — пятый член бригады. Если он полон — мы боги, способные остановить кровотечение взглядом. Если пуст — мы медленно превращаемся в реквизит из фильма «Ходячие мертвецы».

Как на ней работается (инструкция по выживанию):

1.Утренний ритуал. Приходишь на смену бодрый, в чистом кителе. Через 15 минут после пересменки ты уже в грязи по колено в коровнике, вытаскиваешь деда, который решил доказать быку-производителю, кто в хлеву хозяин. Китель выбрасывается. В аптечке появляется сено.
2. Пациенты.
Забудьте про «миокарды» и «интоксикации». 90% вызовов на селе — это «Шо-то мне нехорошо, дочка». И пока ты снимаешь ЭКГ, тебе 40 минут рассказывают, как в 1978-м году кума Нюра лечила такую же «нехорошесть» настойкой на жабах, и помогло лучше. Спорить нельзя. Кивай, пиши «ЭКГ — вариант нормы», проси попить.
3. Дороги.
Асфальт заканчивается там, где начинается наш район. Летом скорая — это амфибия, которая борется с пылью. Зимой — это ледокол «Красин», который пробивает путь через переметы. Полноприводная буханка — единственный вид городского транспорта, который с завистью смотрит на нашу «буханку» и плачет.
4. Родственники.
Это отдельный вид экстремального спорта. «Сделайте ему укольчик, чтоб спал». «А почему вы не везете его в областную, у меня там кум в приемном работает?». И коронный вопрос, когда ты бежишь с дефибриллятором: «А бахилки надеть?!».
5. Бумажки.
Вызовов может быть 20, но отчётов — 40. Потому что на каждый «укольчик от давления» нужно написать эссе на тему «Обоснование применения гипотензивной терапии с учетом астрологического прогноза и фазы луны». И не дай бог в графе «Жалобы» написать просто «Болит». Нужно: «Жгучая, давящая боль за грудиной, иррадиирующая в левую лопатку, купируется тремя молитвами и корвалолом».

Почему мы там работаем?
А шут его знает. Наверное, потому что когда ты в три часа ночи всё-таки заводишь того самого деда из коровника, а он открывает глаза и хрипит: «Сынок, а курить можно?», а ты ему отвечаешь: «Тебе всё можно, только не вставай»… В этот момент понимаешь, что никакая это не высокотехнологичная помощь.
Это просто мы. На старой, но верной машине, которая заводится с толкача и чихает, но довозит. С ящиком, в котором вечно не хватает пластыря. С черным юмором, который крепче стали.
И с тем самым термосом. Который, надеюсь, сегодня всё-таки не забыли заправить.
Жду ваших ❤ и комментарий.