— Потому что боялась. Боялась увидеть его в гробу. Боялась, что он откроет глаза и скажет: «Ты меня бросила». Боялась, что это будет правдой.

Деймон притянул её к себе. Крепко. Так, что ей стало трудно дышать.

— Ты никого не бросила.

— Ты не знаешь.

— Знаю. — Он отстранился. Посмотрел на неё. — Ты здесь. Сейчас. Со мной. В этом аду. Это не то, что делают люди, которые бросают.

Она улыбнулась. Слабо. Глаза — мокрые. Но слёз не было. Она давно разучилась плакать. Или заставила себя разучиться.

— Что теперь?

— Теперь мы работаем. — Он отошёл к столу. Развернул карту. — Сегодня. Удар по складу в Лонг-Бич. Оружие. Много. Если заберём — он потеряет миллионы.

— Охрана?

— Двенадцать. Может, больше.

— Это самоубийство.

— Это война. — Он посмотрел на неё. — Ты остаёшься.

— Нет.

— Елена.

— Нет. — Она подошла к столу. Посмотрела на карту. Красные точки. Синие линии. Фотографии. — Я иду.

— Это не обсуждается.

— Всё обсуждается. Ты сказал, что я — часть семьи. Семья не сидит дома, когда другие умирают.

— Ты не готова.

— Тогда подготовь меня.

Он смотрел на неё. Долго. В комнате — тишина. Даже город за окном будто замер.

— Ты будешь в машине, — сказал он наконец. — С Энцо. Если что-то пойдёт не так — уезжаешь. Не оглядываешься. Не ждёшь.

— Хорошо.

— Елена.

— Что?

— Если ты умрёшь — я сожгу этот город.

Она улыбнулась. Горько. Нежно.

— Тогда я не умру.

---

Днём они собрались в подсобке бара. Энцо. Бонни. Ещё двое — молчаливые мужчины с холодными глазами и руками, которые знали оружие лучше, чем слова. Елена стояла в углу. Смотрела. Слушала. Запоминала.

На столе — карта Лос-Анджелеса. Огромная. Раскинувшаяся от океана до гор. Красные точки. Синие линии. Фотографии. Джузеппе. Его люди. Его дома. Его маршруты. Всё просчитано. Всё продумано. Кроме одного — того, что чувствовала Елена. Того, что она не могла объяснить. Предчувствие. Тёмное. Липкое. Как будто что-то должно было пойти не так.

— Он думает, что сломал нас, — сказал Деймон. Голос — ровный. Спокойный. Слишком спокойный. Так говорят люди, которые уже приняли решение. — Он думает, что после Тайлера мы отступим. Что мы боимся. Он ошибается.

— Что ты предлагаешь? — спросил Энцо.

— Мы ударим первыми. Сегодня. По складу в Лонг-Бич. Там оружие. Много. Если мы заберём его — он потеряет миллионы.

— Охрана?

— Двенадцать человек. Может, больше. Неважно.

— Это самоубийство.

— Это война. — Деймон посмотрел на Энцо. — Ты со мной?

Пауза. Энцо смотрел на него. Долго. Потом кивнул.

— Всегда.

— Бонни?

— Я найду их частоты. Отключу камеры. Но в бой не пойду.

— Не надо. Ты — глаза. Останешься здесь.

— Хорошо.

Деймон повернулся к Елене. Она смотрела на него. Прямо. Без страха.

— Ты остаёшься.

— Нет.

— Елена.

— Нет. — Она подошла к столу. Посмотрела на карту. — Я иду.

— Это не обсуждается.

— Всё обсуждается. — Она подняла глаза. — Ты сказал, что я — часть семьи. Семья не сидит дома, когда другие умирают.

— Ты не готова.

— Тогда подготовь меня.

Он смотрел на неё. Долго. В комнате — тишина. Энцо смотрел в сторону. Бонни — на них. Все ждали.

— Ты будешь в машине, — сказал он наконец. — С Энцо. Если что-то пойдёт не так — уезжаешь. Не оглядываешься. Не ждёшь.

— Хорошо.

— Елена.

— Что?

— Если ты умрёшь — я сожгу этот город.

Она улыбнулась. Горько. Нежно.

— Тогда я не умру.

---

Ночь. Лонг-Бич. Порт. Тёмная вода — чёрная, как нефть. Контейнеры — как гигантские могилы. Ржавые. Молчаливые. Ветер с океана — холодный. Резкий. Пахло солью, мазутом и чем-то гнилым. Где-то далеко — сирена. Потом тишина.

Елена сидела в машине. Руки — на коленях. Сердце — в горле. Она смотрела на склад. Тёмный. Молчаливый. Внутри — люди. Двенадцать. Может, больше. И Деймон. Один. С Энцо. С двумя другими.

Она думала: «Он идёт туда. За кровью. За местью. И я не могу его остановить. Не могу помочь. Могу только ждать».