ДЛЯ СЕБЯ 🌿

КАСТРЮЛЯ НА ПОРОГЕ

Барсук Моховик хорошо знал, кому в лесу нужна помощь.

У Шелеста заедало окно. Плеске надо было принести с мельницы тяжёлый мешок. У соседки возле печи шаталась полка.

Когда Моховик добрался домой, уже стемнело. Он снял куртку, повесил мимо крючка и не стал поднимать с пола. Лапы гудели.

В хлебнице не осталось ни крошки. В шкафу нашлась только банка сушёных грибов. Варить их долго, а завтра с утра надо занести Шелесту новую оконную ручку.

Моховик поставил чайник. Сегодня можно обойтись чаем.

В дверь постучали.

На пороге стояла Плеска с кастрюлей, завёрнутой в полотенце.

— Суп сварила. Будешь?

— А ты?

— Я уже поела. Это тебе.

Из-под полотенца пахло грибами и укропом.

— Зачем же ты несла в такую темень?

— Ты мне мешок с мельницы принёс. Я раньше освободилась, вот и сварила побольше.

Моховик принял кастрюлю. Под полотенцем было горячо и уютно.

— Спасибо. Завтра зайду к тебе, посмотрю крышу над крыльцом. Ты говорила, капает.

— Дождь пройдёт — тогда и посмотрим, — ответила Плеска. — А сейчас поешь.

Она уже собиралась уходить, но за окном застучали первые капли.

— Пережду немного, если не помешаю?

— Конечно, проходи.

Плеска повесила шарф у печи. Моховик налил суп в тарелку, нарезал бы хлеба, да резать было нечего. Он придвинул ложку и вдруг заметил на полотенце маленькую прореху.

— Плеска, у тебя край разошёлся. Сейчас зашью.

— Да он с весны такой.

— Так тем более.

Моховик достал иголку и нитки. Плеска села к столу, обхватив ладонями кружку чая.

— Ты суп попробуй, пока горячий.

— Сейчас. Здесь всего несколько стежков.

Нитка не попадала в ушко. Моховик поднёс иголку к лампе, промахнулся снова и сердито вздохнул.

— Что-то лапы сегодня не слушаются.

— Ты ведь с утра по всему лесу ходил, — сказала Плеска.

— Ничего. Завтра отдохну.

Он и сам знал, что завтра не отдохнёт: у окна Шелеста оставалась работа, а соседка просила поправить ещё одну полку.

Плеска посмотрела на тарелку.

— Ты сегодня вообще ел?

— Утром кусочек хлеба. Потом не успел.

— А сейчас почему не ешь?

Моховик положил иголку.

— У тебя полотенце рваное. Хотел хоть чем-нибудь помочь.

Плеска помолчала, потом спросила:

— Помнишь, как прошлой осенью я попала под ледяной дождь?

Он помнил. Плеска пришла промокшая, дрожала так, что не могла расстегнуть пуговицы. Моховик усадил её поближе к печи, укрыл одеялом и налил горячего чаю.

— Я тогда выпила почти весь чайник, — сказала выдра. — И уснула в твоём кресле. Даже посуду за собой не вымыла.

— Тебе же холодно было.

— Очень.

Моховик вспомнил, как поправлял сползавшее с неё одеяло. Как радовался, когда она наконец согрелась и уснула.

— Я бы и сейчас тебя укрыл, — сказал он. — Если бы ты замёрзла.

— Знаю.

Выдра пододвинула к нему тарелку.

— А ты сам не замёрз? И не проголодался?

Моховик почувствовал, как тянет холодом от промокших сапог. Живот тихонько заурчал, и ему стало смешно: он весь вечер думал о полотенце, а про ужин опять забыл.

— Проголодался, — признался он.

Он взял ложку. Суп успел немного остыть, но всё равно был вкусным: с картошкой, грибами и душистым укропом.

Плеска рассказала, как мельник перепутал мешки и чуть не отдал ей муку вместо крупы. Моховик слушал, ел и впервые за день никуда не торопился.

Дождь за окном стих. Плеска встала, чтобы собираться.

— Тебе ещё налить?

Моховик посмотрел на пустую тарелку. Обычно он сказал бы, что сам справится.

— Да, пожалуйста. Если осталось.

Плеска сняла крышку с кастрюли.

— Осталось. Я ведь побольше сварила.

Иголка лежала возле лампы. Моховик отодвинул её, освобождая место для второй тарелки.

🌙 Там, где лес шепчет сказки — начинаются добрые сны. И слышен твой голос 🌿