Немного обо мне как о человеке.

Считается, что неплохо бы, если психолог много чего пережил. С одной стороны, я психолог, а с другой — человек. И как человек, у которого было много разного в жизни, я, наверное, сильно более хороший психолог.


Мне 55 лет, что для меня удивительно, потому что изнутри себя мне сильно меньше. Я считаю, что я до сих пор чуть более радостен, чем мои сверстники. У меня сильно больше увлечений, чем у большинства. Я не говорю про всех, конечно. И я неплохо сохранился физически.

С детства много читаю, как профессиональную, так и художественную литературу. Делаю попытки приобщить к чтению подростков, пока получается не очень.

На протяжении 15 лет периодически танцую танго. Не то чтобы я в этом очень хорошо, но мне нравится сам процесс.

Всю свою жизнь занимюсь туризмом. Раньше это были серьёзные категорийные походы, а сейчас это больше лайт версия — я продолжаю ходить по лесам, сплавляться по рекам. Да, это невысокие категории, это единички, какие-то конные походы по Алтаю, но тем не менее они так и остались со мной на протяжении всей жизни.

Продолжаю делать проект с детьми и подростками. Это палаточный городок в уральской Тайге, сейчас он называется Дети в Тайге. Я его делаю аж с 1993 года.

Горжусь тем, что на поляне лагеря многое сделано моими руками, очень люблю мастерить сам и всячески втягиваю в этот проект мальчишек.

Очень люблю больших животных. Не в смысле подростков, а в смысле лошадей. У меня были свои. Сейчас нет, но я надеюсь, что снова когда-нибудь достигну дзена и заведу своих собственных лошадей и большую собаку.

Пару лет назад возобновил работу с детьми в очном формате. Это было очень внезапно и приятно. Меня на это, скорее, сподвигли, но я на это сподвигся и продолжаю работать.

У меня была чудесная ранняя влюблённость, такая продолжительная. Мы прожили кучу лет, родили ребёнка, но развелись. Сегодня у меня уже 27 лет устойчивых хороших отношений. С этой же женщиной у нас общий психологический центр Перспектива в Екатеринбурге, где мы ведём тренинги, и тоже уже очень давно.

Подростком остро переживал отношения с родителями, сбегал из дома. Проходил через ПТСР. Потерял ребёнка. Пережил смерть отца.

То есть, с одной стороны, у меня есть много живых радостных интересов, а с другой стороны — у меня есть большой кусок прожитых мною событий, которые меня не разрушили, а скорее научили понимать себя и других людей в непростых жизненных ситуациях.

Это несомненно сделало меня как психолога лучше. А по-человечески этого всего, конечно же, не хотелось.