Когда-то я прочитала это исследование и иногда тревожным клиентам задаю вопрос:

«А есть у тебя в семье кто-нибудь такой же тревожный? Мама? Папа?»

И довольно часто слышу: «Мама у меня такая же».

В 2022 году исследователи изучали тревожные расстройства у родителей и их детей и обнаружили интересную закономерность: тревожное расстройство у родителя того же пола было связано с более высокими шансами тревожного расстройства у ребёнка.
Особенно хорошо эта связь прослеживалась в паре «мать – дочь».

Но здесь важно не сделать слишком простой вывод: тревожная мама воспитала тревожную дочь.

Авторы исследования как раз предполагают, что одним из возможных механизмов может быть моделирование поведения.
Ребёнок годами наблюдает за тем, как взрослые рядом с ним реагируют на неопределённость и потенциальную опасность.
Нужно ли всё предусмотреть заранее?
Насколько страшно, если что-то пошло не по плану?
Нужно ли десять раз проверить?
Можно ли спокойно ждать, не зная, что произойдёт?
Нужно ли избегать того, что пугает?
Насколько вообще безопасен окружающий мир?

И постепенно определённый способ реагирования может усваиваться.

При этом тревожность ребёнка нельзя свести только к поведению родителей. Имеют значение генетическая предрасположенность, темперамент самого ребёнка, его собственный опыт, семейная среда и множество других факторов.

Поэтому я здесь не тыкаю пальцем в «тревожных мам, которые делают тревожными своих детей».

Скорее, ещё одно напоминание о том, что дети учатся у нас не только словам.

Они наблюдают, как мы сами обходимся со страхом, неопределённостью и отсутствием контроля.

И вот эта часть исследования очень хорошо согласуется с тем, что я вижу в работе с тревожными людьми.

#Эльвира_о_тревожности


https://share.google/ItttkOfoNVvoKEZIZ