Хорошо быть медленным на гнев, т.е. успевать ориентироваться до того, как впадешь в аффект. Хорошо! И даже получается временами.

А временами случается странное... Например, как вчера в здании жд вокзала в километровой очереди на досмотр.

Есть такая практика — не выкладывать еду и напитки на ленту, а проносить с собой через раму с металлоискателем.

Воспользовавшись этой традицией, я взяла хлеб с собой, не отправляя его допекаться в рентгеновских лучах. Миновала раму, не издав ни единого звука. Но меня остановил сотрудник досмотра, долго разглядывая хлеб. Потом отвёл указательный палец в сторону и сказал: «На ленту».

— Вы действительно подозреваете мой хлеб? — удивлённо спросила я.

— У меня есть Постановление Министерства! — возмутился работник.

— Если бы там была заточка, он бы запищал, — возразила я.

— На ленту! — закипал сотрудник.

— Думаете, тротил? — с сарказмом спросила я.

Видимо, когда заучивал номер постановления, напрочь забыл, как пользоваться человеческой интуицией и насмотренностью.

«У меня есть постановление! На ленту!»

Удивительно, что за день до этого я прекрасно прошла с пищащим соком через раму досмотра, на что сотрудница попросила отдать ей сок и пройти ещё раз. Никакой ленты. Никакого постановления. Сплошное человеческое отношение. А тут очень упёртый принципиальный кадр.

Моя злость зашкаливала. После очередного «на ленту» я с ужасом посмотрела в конец очереди из желающих возложить свои хлеба и другие ценности. Это было время отхода электрички в Туапсе.

Электричка в Туапсе — особое событие в жизни вокзала, когда народу натекает больше, чем на центральный пляж в июле. И уже не ты идёшь к платформе, а тебя несёт волной желающих уехать в Туапсе. Если успеваешь выплыть на своём перроне — счастье. Не успеваешь — тоже едешь в Туапсе, хотя тебе туда не надо.

Нужно говорить, что не пройдя проверку, мы с хлебом были в ярости? Желание быть медленной на гнев сменилось желанием действительно взорвать всю эту шаражку своим вахабитским хлебом.

Уже не помню, как меня несло, и как я, минуя длинный хвост из туапсинцев, зашвырнула хлеб в лоно рентген-аппарата. Мне кажется, он летел, даже не касаясь ленты. Пролетел, выбив страйк из чужих сумок. Только это помогло ему приземлиться. Хлеб, кстати, так и назывался — «Фитнес». Спортивный такой, бездрожжевой, из цельнозерновой муки, с семечками и орешками. И чем он не угодил сотруднику?

Моя злость тем временем уже прошла рубеж ярости. Думаю: «Ну, всё! Попадись мне... Сейчас я наглядно покажу, как можно проносить хлеб, минуя ленту, в желудке! И не только в моём!!!»

Но Господь отвёл этого несчастного куда-то по нужде. И на эскалации ярости его рядом не оказалось.

После, придя в себя, всю дорогу до дома я размышляла: «Что это было вообще такое?»

Ну да, не хотела я второй раз стоять в очереди на поклон ленте рентген-аппарата. Но не это так сильно разозлило. Я всё равно нашла бы способ извиниться и протиснуться вперёд.

А потом поняла, что спровоцировало такой аффект.

Мне не верят... Меня подозревают в том, чего никогда не делала. И чувство это теперь не ярость, а скорее обида, переплетённая с токсической виной и бессилием. Такое маленькое, ранимое чувство из далёкого детства, когда бесполезно было что-то объяснять и доказывать.

Сотрудник с отскакивающим от зубов постановлением просто выполнял свою работу. Доверять мне был вовсе не обязан. И этим помилован. Надеюсь, при следующей встрече желания накормить его хлебом у меня уже не возникнет. Максимум — пускать по водам рентген-аппарата. Хлеб.

P.S.В тексте присутствуют проекции, слияние с хлебом и немного с туапсинцами.