Великій князь строго наказалъ, чтобы ратники на походѣ не обижали жителей, не грабили и неубивали ихъ.
Онъ очевидно избѣгалъ всякаго повода раздражать противъ себя Рязанцевъ, чтобъ они не вздумали враждебно дѣйствовать у него въ тылу.
И дѣйствительно, благодаря разумнымъ распоряженіямъ вождей, весь этотъ переходъ совершился довольно скоро и благополучно.
При томъ и самая погода благопріятствовала походу; хотя осень уже началась, но стояли ясные, теплые дни.
Bо время этого похода Димитрій Ивановичъ получилъ еще неожиданную помощь. Къ нему приспѣли съ своими дружинами два брата Ольгердовича, Андрей Полоцкій, княжившій тогда во Псковѣ, и Димитрій Брянскій.
Они приходились родными братьями Ягайлу, но только по отцѣ, а не по матери; послѣ отцовской смерти были имъ обижены при раздѣлѣ владѣній, удалились изъ Литвы, и, будучи православнаго исповѣданія, получили въ сѣверовосточной Руси нѣкоторые города на правахъ подручниковъ великаго князя Московскаго.
Къ тому же они были свояками Владиміру Андреевичу Серпуховскому, женатому на ихъ сѣстрѣ, дочери Ольгерда Литовскаго.
Димитрій обрадовался приходу двухъ Ольгердовичей въ особенности потому, что они славились своею воинскою опытностію, а также могли быть полезны на случай войны съ ихъ братомъ Ягайломъ.
Слѣдуя на всемъ этомъ походѣ правиламъ осторожности и предусмотрительности, великій князь постоянно собиралъ вѣсти о положеніи, силахъ и намѣреніяхъ своихъ непріятелей.
Между прочимъ онъ отрядилъ впередъ расторопнаго боярина Семена Мелика съ отборной конницей; въ ея числѣ находились московскіе дворяне Кренинъ, Тынинъ, Горскій, Чириковъ, Карпъ Александровичъ и другіе, извѣстные своимъ удальствомъ и смѣтливостью.
Имъ дано порученіе ѣхать подъ самую татарскую сторожу, наблюдать за непріятелемъ и сообщать о немъ вѣрныя свѣденія.
Очевидно развѣдочная часть (то что мы называемъ рекогносцировкой) — это необходимое условіе успѣха на войнѣ — составляла особую заботу главнаго предводителя Русской рати и его умныхъ совѣтниковъ.