Глава первая. Как я узнал, что шеф-повара не умеют готовить

Дело было давно. Когда трава была зеленее, деревья выше, а мы с коллегами были голодны до возможностей. Мой товарищ позвал меня на гала-ужин в соседний город — городок под кодовым названием «4932». Маленький "одноэтажный" городок 4932, внешне как бы намекал, что культурная жизнь отсюда переехала еще в прошлом веке. Город спал летаргическим сном до самой пятницы, когда местные бары кафе и рестораны наконец набивались битком и вдыхали жизнь в этот город.
Мы приехали в начале недели. После осмотра кухни, где нам завтра предстояло показывать свое мастерство, душа потребовала честной еды и алкоголя. Отыскав единственную живую шашлычную, мы хорошенько заправились и договорились следующим вечером пойти в гости к пригласившему нас "местному" шефу. Главным условием были домашние соленья и королева русского стола и того вечера— жареная картошка с грибами. От одного этого словосочетания у меня выделяется слюна, а в голове взрывается эндорфин.
День икс наступил рабочие дела сделаны и мы уже у нашего товарища дома. Квартира оказалась типичной холостяцкой берлогой. На кухне было все — от батона а до ган... патрона , но раковину украшала гора грязной посуды. Пока я открывал пиво, эта гора начала стремительно таять под ловкими руками хозяина. Наконец из шкафа показались хрустящие огурцы, аджика и другие соленья.

Так же из морозилки появилась заготовка — замороженные по всем правилам уже отваренные белые грибы. И вот трое шефов стоят над этим богатством и молча смотрят друг на друга. Началась игра в гастрономическую «горячую картошку»: каждый пытался скинуть с себя ответственность за готовку блюда, на котором можно просто сгореть от стыда.

Да, естественно, каждый из нас жарил картошку с грибами и не один раз. Но одно дело — когда у тебя что-то не получилось с новым авторским блюдом. Ты выкручиваешься: делаешь умное лицо, ставишь тарелку со словами «я так вижу» и прячешь недочёт под каплей эмульсии или микрозеленью. А другое дело — показать свой реальный скилл на простом деревенском или даже домашнем рецепте. Здесь нельзя схитрить. Здесь невозможно спрятать пересоленный лук за фразой о «деконструкции вкуса». Самое страшное заключалось в том, что твоими соперниками в этом негласном баттле становились настоящие мэтры — мамы и бабушки этих самых шефов. Те женщины, которые делали эту картошку так, что смогли навсегда увлечь своих детей в мир кулинарии.
Здесь как никак стати вспоминается цитата Брюса Ли: *«Я не боюсь того, кто изучает 10 000 различных ударов. Я боюсь того, кто изучает один удар 10 000 раз»*. Простая еда требует именно этого — десяти тысяч повторений без права на ошибку.

И, как вы понимаете, в итоге готовил я. Видимо, сработала логика: один- с меня ингредиенты , второй коллега ушел нарезать закуски к ужину, оставив меня одного перед лицом чугунной сковородки.

Я использовал две сковороды: одну для картофеля (ту, что побольше, чугунную) и поменьше — для грибов. Нарезал картофель брусками толщиной примерно в пять миллиметров. На раскаленную сковороду бросил столовую ложку сливочного масла, плеснул немного подсолнечного, придавил ножом зубчик чеснока и вывалил картофель его должно быть не слишком много чтобы он хорошо жарился легче его было переворачивать, но и так чтобы хватило всем участникам гастрономического вечера.

В голове тут же зазвучали все советы, которые я читал или слышал от старых поваров и не только, помню один бывший седелец рассказывал тонкости приготовления жареной картошки в лагерных условиях и как вы поняли лагерь был не пионерский. Главные из них: часто не переворачивать и солить строго в конце. Пусть схватится коркой не дрочи картошку)

Пока нижняя сторона уверенно превращалась в золото, я взял вторую сковородку. Там уже ждала столовая ложка сливочного масла. Как только оно растаяло, бросил лук репчатый, нарезанный толстыми перьями. Как только он стал слегка прозрачным и сладким, к нему отправились грибы с мелко нарубленным зубчиком чеснока.