ДОМ 115

СЕРИЯ 34 • КВАРТИРА №27

Я УЖЕ ВСЁ ОРГАНИЗОВАЛ

— В среду в одиннадцать мы едем к дерматологу, — сказал Андрей.

Ольга перестала складывать детские вещи.

— В одиннадцать Нина спит.

— Не всегда.

— Почти всегда.

— Я выбрал ближайшее свободное время.

— Тогда перенеси.

Андрей положил телефон на стол:

— Нет. Я уже всё организовал.

— Ты организовал так, как удобно тебе.

— А ты хотела, чтобы я сам записал её к врачу.

— Самостоятельно — не значит не посоветовавшись.

— Оль, если я должен сначала спросить тебя, потом получить инструкцию, а после отчитаться, это не ответственность. Это поручение.

— А если ты выбираешь время, когда ребёнок спит, это не ответственность. Это запись через приложение.

Они замолчали.

Каждый считал, что объясняет очевидное.

В среду Андрей отменил утреннее совещание и приехал домой к десяти.

В 10:35 Нина начала тереть глаза.

— Она хочет спать, — сказала Ольга.

— Доедем за пятнадцать минут.

В машине Нина уснула.

У клиники Андрей осторожно отстегнул ремни, но стоило поднять её из кресла, как она открыла глаза и заплакала.

Ольга ничего не сказала.

Просто посмотрела на мужа.

Этот взгляд Андрей понял без перевода:

«Я предупреждала».

В регистратуре сообщили, что врач задерживается.

На десять минут.

Через двадцать минут дверь кабинета оставалась закрытой.

Нина выгибалась на руках у Ольги и тянула её за волосы.

— Дай мне, — сказал Андрей.

— Она устала.

— Я вижу.

— Сейчас только сильнее разбудишь.

— Оль, дай мне дочь.

Он взял Нину, прижал к себе и начал напевать ту же мелодию, под которую укладывал её в субботу.

Нина продолжала плакать.

Ольга протянула руки:

— Отдай.

— Подожди.

— Андрей, она хочет ко мне.

— Или ты хочешь, чтобы она хотела только к тебе?

Ольга убрала руки.

Через несколько минут Нина затихла и положила голову отцу на плечо.

Когда их пригласили в кабинет, врач спросила:

— Когда впервые появилась сыпь?

Ольга открыла рот, но Андрей уже достал телефон.

— Двенадцатого вечером. Вот фотография. Четырнадцатого стало лучше, а через три дня появилось снова.

— Чем мазали?

Он назвал крем.

— Меняли порошок, питание, средства для купания?

Андрей открыл заметки.

Там были записаны даты, названия и фотографии.

Ольга посмотрела на него так, будто рядом сидел человек, которого она раньше не замечала.

После приёма они вышли на улицу.

Нина уснула у Андрея на руках.

— Время ты выбрал ужасное, — тихо сказала Ольга.

— Согласен.

— Тогда почему не перенёс?

— Потому что хотел сам увидеть, что именно не учёл.

— За счёт её сна?

— Один раз — да. Теперь я знаю.

— Можно было поверить мне.

— Можно. Но тогда я снова выполнил бы твоё указание. А мне нужно научиться самому быть её отцом.

Ольга поправила на Нине шапку:

— Быть отцом — не значит всё решать одному.

— А быть матерью — не значит иметь право вето на любое моё решение.

Возле машины Андрей передал ей ребёнка.

— Я понял, что нужно учитывать сон, дорогу и возможную задержку врача. В следующий раз учту.

— А если снова ошибёшься?

— Ошибусь. Как ошибалась ты, когда Нина только родилась.

Ольга хотела возразить.

Но вспомнила, как в первый месяц звонила своей матери по пять раз в день.

Вечером Андрей создал общий календарь.

Внёс туда прививки, приёмы врачей, покупку подгузников и режим сна Нины.

Потом добавил новую запись:

«Суббота, 10:00–14:00. Ольга — свободное время».

— Это что? — спросила она.

— Твои четыре часа.

— Я не просила.

— Знаю.

— А если у меня другие планы?

— Изменишь запись сама.

Ольга посмотрела на календарь.

Впервые за десять месяцев кто-то подумал о её времени раньше неё.

Через несколько минут Андрей спросил:

— Ты вообще думала, когда хочешь вернуться на работу?

Ольга закрыла календарь.

Этот вопрос оказался сложнее, чем всё, о чём они спорили раньше.

ВОПРОС ЧИТАТЕЛЯМ

Где проходит граница между самостоятельностью партнёра и решениями, которые всё-таки необходимо согласовывать?

Можно ли научиться ответственности, если вам разрешают действовать только одним «правильным» способом?