Кошка Белявка. Когда пришла её первая кошачья весна. Глава 1.…

Кошка Белявка. Когда пришла её первая кошачья весна. Глава 1. **************************** Совсем недавно я была маленьким белым комочком, а теперь умею забираться на подоконник и смотреть в большое окно. За ним всё время что-то случалось: сначала падало белое и холодное, потом капало мокрое и серое, а сегодня... Сегодня случилось такое, от чего хвост сам собой встал трубой, а усы зашевелились.
Мне открыли дверь в сад. Ту самую, деревянную, за которой кончается дом и начинается неизведанное. И сказали: "Ну, Белявка, пойдём смотреть весну ". Весна? Я слышала это слово. Оно было тёплым и светлым, но что это такое на самом деле, я не знала. И вот я переступила порог. Лапки мои оказались в чём-то мокром. Это была не вода из лужи, в которую меня однажды окунул дождик, когда я зазевалась на крыльце. Это была другая вода прозрачная и пахнущая свежестью. Прямо под моими лапами что-то пело и журчало тоненьким голоском.
Я подняла голову. Ой, ёй, ой. Там, наверху, было синее. Так много синего, что у меня закружилась голова. Я думала, небо — это серая крыша над миром, которая иногда плачет или кидается белыми мухами. А оно — вот оно какое! Огромное, бескрайнее, и в нём плавает что-то желтое и тёплое. Это что-то желтое и круглое смотрело прямо на меня, и от его взгляда моя спинка нагревалась, будто я прилегла на печку. Это солнце, оно всю зиму отдыхало, а теперь проснулось и хочет меня погреть. Я выгнула спинку и зашагала важнее. Если на меня смотрит само солнце, надо быть самым красивым котёнком в мире.
Я смело пошла по дорожке. Дорожка была мокрая, но не холодная. По краям её росли какие-то зелёные веточки, которые щекотали мне нос, когда я принюхивалась. И вдруг сердце моё забилось часто-часто, как птичка, которую я пыталась поймать через окно. На маленькой полянке, прямо посреди ещё не растаявшего снега, росли цветы. Цветы были белые-белые, как я сама. Маленькие, с опущенными вниз бутонами, но такие красивые, что у меня перехватило дыхание. Они стояли на тоненьких зелёных ножках и, казалось, смотрели на меня.
Это были подснежники, самые смелые первоцветы. Они пробиваются сквозь снег, чтобы первыми увидеть солнце и сказать всем: весна пришла. Я осторожно, совсем близко подошла к одному. Протянула лапку, но не тронула, а наклонилась и осторожно понюхала. От цветка пахло как будто снегом, ещё чем-то таким, от чего захотелось зажмуриться и замурчать. Я лизнула лепесток и замерла. Он был прохладный и гладкий. Он был живой и дышал.
А вокруг пели птицы. Одни хлопотали вокруг кустов. Другие сидели на голых ещё ветках деревьев и свиристели, щебетали, заливались такими голосами, будто у каждой внутри сидел маленький оркестр. Одна, самая смелая, спорхнула вниз и села на подснежник совсем рядом. Она посмотрела на меня чёрными бусинками глаз и выдала такую звонкую трель, что я присела от неожиданности. Это она мне здравствуй говорит. Весной все здороваются. И птицы, и цветы, и солнце.
Я задрала голову. Солнце всё ещё смотрело на меня. Оно уже не просто грело, оно целиком меня обнимало. Всю мою маленькую белую шубку, каждый волосок и каждую подушечку на лапах. И тут я поняла самым кончиком носа, самым краешком уха, самой глубиной своего кошачьего сердечка, что всё вокруг просыпалось.
Земля, которая всю зиму спала под белым одеялом, открыла глаза. Деревья, которые стояли голыми и мёртвыми, вспомнили, что внутри них течёт сок. Цветы, которых не было и вдруг они есть, пробились из темноты к свету. И я тоже проснулась по-настоящему оттого, что мир вокруг заиграл новыми красками.